Мы, конечно же, можем сказать, что Медведева просто упустила свой шанс, – продолжал Кузнецов. – Но не думаю, что все так просто. Дело в том, что на столь высоком уровне выступлений любая небольшая проблема с инвентарем дает абсолютно отрицательный результат. Это касается любого технического вида спорта. Если Мария Ласицкене в легкой атлетике штурмует планку на рекордной высоте, она должна быть уверена, что с каждым шипом и с каждым шнурком на соревновательной обуви у нее все безупречно. Как только в голове спортсмена возникают хоть малейшие сомнения на этот счет, нарушается весь ход двигательных действий. Это не говорит о том, что вы подняли лапки заранее. Та же Медведева – боец, опытнейшая спортсменка, которая прекрасно анализирует ситуацию и умеет просчитывать последствия. Она, безусловно, могла бы собраться, сделать кое-как все свои элементы, с корявенькими и куцыми выездами после прыжков. Получила бы свои минус один, минус два за каждый элемент и оказалась в конце первого десятка или за его пределами. Женское одиночное катание на чемпионате России – это очень серьезное мероприятие. Вот и ответьте себе: оно ей было надо?»
Там же, в Красноярске, Жанна Медведева сказала: «Ничего страшного. Жене сейчас очень кстати эти несколько месяцев, которые освободились для полноценной тренировочной работы. Нужно доводить до ума четверной прыжок…»
13 декабря 2019 года Алина Загитова официально объявила о том, что приостанавливает свою спортивную карьеру. Случилось это сразу после того, как, выступая в финале Гран-при, куда Загитова отобралась, дважды попав на пьедестал на этапах серии в Гренобле и Саппоро, фигуристка осталась последней, проиграв сразу трем спортсменкам из группы своего же тренера. На показательные выступления Алина не вышла, а сразу после возвращения из Турина в Москву дала интервью «Первому каналу», в котором довольно сумбурно и не слишком подготовленно изложила причины своего решения.
Интервью получилось странным. «Я не ухожу из большого спорта. Остаюсь на льду, продолжаю тренироваться. Буду искать себя, учить новые элементы и заходы на прыжки. Хочу, чтобы ко мне вернулось желание выйти на старт, – говорила Алина и тут же вносила противоречивую нотку в озвученные намерения: – Четверные прыжки надо учить в более молодом возрасте. Фигурное катание молодеет, мне нужно было учить четверные перед Олимпиадой, но тогда был риск травмы и пропуска Игр. На тот момент моего арсенала прыжков было достаточно. Потом я начала взрослеть, началась раскоординация. Главное тогда было оставить все прыжки чистыми и хорошими. Удержать то, что я уже имела…»
Наиболее сомнительно в том контексте звучали слова о том, что приостановка спортивной карьеры носит исключительно временный характер. Не нужно было обладать чрезмерной проницательностью, чтобы понять, что фигуристка выхолощена полностью и не очень представляет, как возвращать себе мотивацию, чтобы продолжать тренироваться и участвовать в соревнованиях. Это подтвердила и Этери Тутберидзе, сообщив, что после выигранной Олимпиады Загитова неоднократно просила дать ей возможность отдохнуть от соревнований.
В этом экстренно организованном телевизионном интервью Алина обмолвилась, что весь предыдущий сезон писала расписки, что обязуется выступить на чемпионате мира.
«Это была некая мотивация, – пояснила она. – „Обязуюсь кататься хорошо и делать все от меня зависящее, чтобы выступить на этих соревнованиях“. Я обещание сдержала. Насчет участия в чемпионате России я пока что не готова писать расписку. Все, что я пишу, я выполняю. На данный момент я пока не готова ехать на чемпионат России».
Сквозь весь предшествующий уходу сезон олимпийская чемпионка продиралась, как зверь сквозь колючую проволоку, оставляя на ней клочья собственной шкуры: она проигрывала один старт за другим, и не было никакого шанса найти правильный ответ – оправдано ли это непрерывное насилие над собой? Но был ли вообще у Загитовой иной выход, если уж она приняла решение остаться в спорте после выигранной Олимпиады? В какой-то степени Алина просто оказалась заложницей ситуации: до вывода на взрослый уровень следующей плеяды юниорок Тутберидзе оставался целый год, и, если бы Загитова приняла решение взять перерыв сразу после олимпийского сезона и проигранного чемпионата мира, это означало бы, что в самом успешном виде российского фигурного катания образовалась бы дыра: Елизавета Туктамышева, которая прекрасно начала осенние выступления, внезапно выбыла из строя из-за довольно тяжелого воспаления легких, перспективы Евгении Медведевой, продолжающей адаптироваться за океаном, виделись достаточно туманными, а Софья Самодурова хоть и стала чемпионкой Европы, но вряд ли была способна бороться за медали на мировом первенстве. А значит, под угрозу вполне могли попасть российские лицензии, чего, естественно, не могла допустить Федерация фигурного катания. Так что – в любом случае нужно было убедить Загитову довести сезон до конца.
