Связные мысли вылетели из головы, как только я понял, что в теле дракона, а не в человеческом виде. И всё бы ничего, если бы я только мог контролировать сознание дракона. На меня навалилась паника. Я не знал, что делать. Дракон начал злиться, яростно стуча хвостом по стенам белой комнаты. Он рвался из этого места, ему было здесь тесно, неприятно и пусто. Последнее особенно задевало, ведь в этой пустоте раньше была крепкая связь с парой. Поняв это паниковать уже начал я. Я бился в драконе, стараясь взять верх над животной частью себя, вернуть свой человеческий облик. Не знаю, сколько прошло времени, силы потихоньку убывали. И вот, когда я почти сдался, раздался тихий, умоляющий шепот:
— Тео, борись. Не бросай меня, — настойчивый, с нотками нежности девчачий голос.
— Я тебя не знаю, — крикнул я.
Крикнуть-то крикнул, а сердце сжалось тоской. Интересно, по чему или по кому я могу так тосковать? Да и наружу я зачем-то рвался… Там меня кто-то ждал… Это казалось не важным… Тогда почему от тихих девичьих всхлипов сердце разрывается на части? Мои размышления перебил все тот же голос, тихо напевающий знакомую песню. Именно её я пел для единственной! Да, для своей зеленоглазой вампирочки. Для нее бьется сердце. Для нее существую я. Ей нужен именно я. Весь, без остатка.
— ТЕО!!! Гад ты чешуйчатый! Не смей меня бросить одну! Ты мне обещал! — раздался гневный крик моей жены.
Только сейчас я понял, что очнулся в нашей комнате, а не в ужасном белом месте. Осмотрелся, заметил подбадривающую улыбку Лорда Артаниэля. Заметил Меланию на полу у окна. Моя девочка горько плакала. Видеть её такой было выше моих сил и я просто на просто (с огромным усилием, так как тело затекло) добрался до нее и обнял.
Не могу передать словами, насколько я обрадовалась родным рукам.
— Я тебя убью, Тео, если еще раз задумаешь умереть! — рявкнула я, крепче обнимая любимого за плечи.
Я вцепилась в него, будто он мой последний воздух, без которого и вздохнуть — то невозможно. Ты боишься, что он исчезнет, растворится, потому так цепляешь за эти крохи, стараясь дышать через раз. И только тогда, когда понимаешь, что воздух отнимать не собираются, ты расслабляешься… Именно этим пользуется он, нахально начиная дурманить, манить, подчинять. И ты подчиняешься, ныряя в эти чувства будто с обрыва в воду, отдаешься без остатка. Каждый вздох берешь взахлёб, желая раствориться. И снова в омут.
Теодор. Мой любимый дракон. Мой воздух. Такой серьезный и грозный для окружающих и такой родной и любящий со мной.
— Ты мой любимый дракон, — прошептала я, покрывая поцелуями лицо своего мужа, — Ты мой воздух, которым я дышу, без которого не могу и секунды прожить. Не бросай меня больше одну, это трудно.
— Не брошу, моя хорошая! — уверенно заявил муж, крепче к себе прижимая.
— Дети, я конечно рад вашему воссоединению, но с тем бардаком, который происходит в замке нужно разобраться. — отец бесцеремонно прервал наши обнимания, — Тем более я свою дочь так просто не оставлю в этом змеином логове.
— А никто нашу принцессу и не тронет. — тут же ухмыльнулся дракон, — у меня теперь такой резерв и такая сила, что любой змееныш загнется.
— Интересненнько. — проснулся во мне любопытный червячок, — а ты мне расскажешь, что там было? — предано заглянула я в глаза мужу.
— Вот теперь узнаю свою любимую! — хохотнул муж, неся меня в сторону ванной, — Лорд Артаниэль, нам бы пару часиков, вы не против?
— Не против! — усмехнулся папа, — Чтобы вернул в сохранности, нам еще с твоими родителями разобраться нужно. Мать с ума сошла, а отец спит беспробудно третий день.
— Разберемся, что к чему! — буркнул муж, захлопнув дверь ванны.
— Ты что, купаться собрался пару часиков? — удивилась я.
— Нет, моя хорошая, я буду заниматься более приятным делом. — мурлыкнул муж, накрывая мой рот поцелуем.
Вернулись мы к реальности позже, чем Тео обещал. В гостиной нас ждали братья. Отец, как оказалось, пошел проведать Тальмара.
— Сестренка, ты в порядке? — спросил Макс, приобняв меня за плечи.
— Вообще-то, мой дорогой друг, Урок Смерти учил я, а не моя обожаемая жена, — иронично отметил Тео.
— Да малышка от тебя и на шаг не отходила, даже есть отказывалась, — сдал меня старший братец, — отец её чуть с ложечки не кормил.
— Лани, объяснишь? — вкрадчиво поинтересовался муж, с прищуром глядя на меня.
— Ну… — протянула я, — мне не хотелось, да и не лезло. От одного только взгляда на еду плохо становилось.
— Так нельзя. — покачал головой дракон, — Сейчас прикажу еды подать, а затем делами займемся.
