— Я не хочу за вас замуж! — Тебя никто не спрашивает. Подписывай. Он не мог в меня влюбиться, миллиардерам не нужны простые бедные девушки. Он задумал что-то, решил меня использовать ради злого умысла. — Зачем я вам? — Твое дело выполнять мои приказы, а не задавать вопросы. Или тебя отправить к тем ребятам, которые хотят с тобой расквитаться? — Но я не виновата! Меня подставили! — Ты приползла ко мне, умоляла, чтобы я тебя спас, но моя помощь стоит дорого. У тебя ничего нет. Значит, будешь расплачиваться собой.
Чья-то сильная рука схватила меня за предплечье и грубо развернула.
— Ты что здесь забыла? — прорычал мужской голос, полный опасной ярости.
Тарелка выскользнула из моих рук и со звоном разлетелась о пол. Следом грохнулась душа в пятки. Я онемела от шока. Еще десять секунд назад я думала, что сама в квартире, готовила себе ужин, пританцовывала под музыку, крутя попой в трусиках. Кто летом сам в квартире не ходит в одних трусах и майке?
Бешеный взгляд незнакомца теперь устремился как раз на мою грудь — через тонкую ткань отчетливо выделялись затвердевшие горошины. От страха, не иначе. Холодная дрожь расползалась по коже.
— Как ты попала в мою квартиру?!
Мне будто кто-то двинул под дых. Я задыхалась от возмущения. А мужчина возвышался надо мной с таким видом, будто собирался переломить мне хребет пополам. Его руки с крупными мускулами, что бугрились под дорогой рубашкой, точно могли за миг лишить меня жизни.
— Отвечай, мелкая зараза! — рявкнул он и с силой встряхнул, разбил мое оцепенение. Он пьян? Нет, запах от него исходил приятный, роскошно-древесный, черные глаза без хмельной поволоки, впивались в меня ядовитыми стрелами.
— Да что вы себе позволяете? Вы ошиблись квартирой!
Нужно было сразу, как ее купила, поменять замки. Но руки не дошли, я спешила устроиться на работу, чтобы поменьше тратить деньги, которые остались после продажи маминой квартиры. И я бы ее никогда не продала, я не хотела уезжать оттуда, где провела с ней ее последние годы. Но останься я в родном городе — меня бы убили.
— Ты белены объелась? — Он пальцами впился в мой подбородок и заставил поднять лицо. Его прикосновение жгло раскаленным железом. — Кончай ломать комедию! Это
моя квартира! И ты сейчас быстро уберешь за собой весь бардак, сгребешь все свои шмотки. Чтобы когда приедет полиция, тут не осталось от тебя даже запаха. Мне, черт подери, некогда вызывать клининг.
Он отшвырнул меня, как что-то гадкое, окинул раздраженным взглядом кухню и достал из кармана смартфон.
Крупная дрожь колотила тело. Кожа пылала. Моя трясущаяся рука потянулась к телефону, из которого до сих пор доносилась музыка. Позвонить братишке? Чем он поможет, находясь в другом городе? Он и так достаточно помог, когда сделал мне фальшивый паспорт на новое имя. Иначе меня нашли бы даже в другом городе и смешали с землей. Я вырубила музыку, собралась с силами и заявила:
— Не надо полиции! Я сейчас вам покажу документы на квартиру. И уберетесь отсюда вы.
Незнакомец отвел смартфон от уха — еще не успел дозвониться. Красивый, и злость только жестче подчеркивала мужественные черты. Что он сам здесь забыл? Выглядел так, будто вышел из лимузина или сошел с трапа личного самолета. Ухоженный, рубашка и брюки из дорогой ткани, безупречно сидели на его мускулистом теле. Величественный разворот плеч, царственная осанка. Его суровый взгляд уничтожал, прижимал к земле, давил властью.
— Ты серьезно думаешь, что меня убедят какие-то бумажки? С головой не дружишь? Ты понимаешь, на ЧЬЮ квартиру глаз положила?
— Да обычная квартира! Таких тут пруд пруди. Да, техника качественная, но покупали ее давно, — лепетала я. — И район не самый престижный. Вид из окна так себе, хорошо хоть одна комната выходит на парк. Этаж второй, шумно.
Меня всегда от волнения то язык отнимало, то, наоборот, дамбу прорывало.
— Это первая квартира, которую я купил на свои деньги. Мне было восемнадцать... А теперь иди сюда, — он цепко поймал меня за плечо и вытолкнул из кухни, я чуть не полетела кубарем вперед и не расшибла лоб о шкаф. — Давай свои документы.
Хватит светить перед ним полуголым телом. Я свернула в спальню и открыла комод, собираясь достать хотя бы шорты. Но мужчина поймал меня за руку и оттолкнул в сторону. Сам заглянул в ящик.
— Документы, я сказал, твои где?!
— Дайте мне одеться!
— Да какого лешего ты мне сдалась, паршивка. — Он решительно поднес трубку к уху и принялся рассказывать полиции, что вернулся из-за границы и обнаружил в своей квартире воровку.
У меня кровь отлила от лица. К черту одежду. Я кинулась в другую комнату, которую хотела позже переоборудовать под рабочее место и принимать клиентов, и вытащила из ящика стола договор, документы на квартиру. Когда обернулась, чтобы сунуть их под нос грубияну, он уже нависал надо мной мрачной скалой, вырвал из рук бумаги, пробежался по ним глазами.
— Хотела меня этой фальшивкой обмануть? Ты за это сядешь. — Он ткнул мне меж глаз свой паспорт и показал прописку. — Демид Войнов это я, и я не продавал эту квартиру.
Нет, этого быть не могло! Судорога стиснула мне глотку, внутренности сжались в узел.
— Меня... меня... обманули.
Я вспоминала риелтора, нотариуса, хозяина, который мне с улыбкой передавал ключи всего четыре дня назад. Быть не могло! Они не были похожи на аферистов!
— Полиция разберется, обманули или нет. Мне некогда этим заниматься. В любом случае собирай вещи.