Наконец-то телохранитель Евгения Охотникова позволила себе полноценный отдых в роскошном загородном пансионате. Солнце, отменный сервис и покой — вот на что надеялась Евгения. Однако планы реализовались строго наполовину.Не успела Охотникова приехать в элитный клуб «Орленок», как проблемы посыпались одна за другой. Во-первых, за ней увязался Максимка — тринадцатилетний гость из Хабаровска. А во-вторых, в «Орленке» Женя встретила «возлюбленного». Точнее — очередного клиента, назвавшегося таковым в силу серьезнейших обстоятельств…
Похоже, у меня наметился выходной, даже не выходной, отпуск. Со вчерашнего вечера я вроде как безработная, очередной клиент решил свои проблемы, и мои услуги ему больше были не нужны. Я усиленно крутила педали велотренажера уже минут пятнадцать. На дворе лето, июль, солнце нещадно палит, сжигая все на своем пути. Единственное спасение — кондиционер. Но я кондиционеры не люблю, предпочитаю натуральную свежесть под кронами раскидистых деревьев. Во второй половине дня над нашим балконом как раз зависает прохладная тень от клена, отличное место для занятия спортом на свежем воздухе. Я не поленилась и вытащила велотренажер на балкон еще неделю назад, как раз тогда, когда на улице установилась настоящая знойная летняя погода. По сообщениям синоптиков, жара продержится как минимум месяц, и я решила, что этот месяц проведу на балконе. Тетушка мою идею решительно поддержала, ей порядком надоело пробираться к балкону, обходя крупногабаритное препятствие, которое стояло практически в центре комнаты, загораживая балконную дверь.
— Смотри, сколько сразу места освободилось. Одно удовольствие! — воскликнула тетя Мила неделю назад, когда я пыталась протиснуть тренажер в узкий дверной проем балконной двери.
На просторном балконе он неожиданно затерялся, потому что удобно встал в малофункциональный угол, где обычно хранится годовой запас макулатуры. Сейчас угол пустовал, поскольку не так давно я избавила нашу квартиру от ненужного хлама — пожелтевших газет и старых журналов, поэтому моему велотренажеру быстро нашлось удобное местечко на балконе.
Теперь я ежедневно (по мере возможного, конечно, когда работа позволяла) крутила педали. Исключением не стал и сегодняшний день. Все то время, что я тренировалась, накручивая километры, тетя Мила щебетала по телефону. До меня доносились обрывки ее разговора, которым я, к сожалению, не придавала особого значения. Мой мозг усиленно работал, решая проблему чуть ли не вселенского масштаба: как убить свободное время? На свежий воздух, в санаторий — подсказывал мне внутренний голос. Остаться дома, завалиться на диване с пультом от телевизора и тарелкой чипсов — стонало измученное после очередной трудоемкой работы тело.
— Погода у нас замечательная, — слышала я радостный голос тетушки Милы. — Конечно, пусть приезжает, мы будем очень рады. Женечка встретит.
Произнесенные тетушкой слова заставили меня снизить темп. Что это там такое намечается?
Тут на балкон вышла Мила и торжественно сообщила радостную новость:
— К нам приедет Максимка и погостит пару недель. Ты ведь не против?
Мой внутренний голос и измотанное работой тело в едином порыве завопили: «Уезжать! В деревню, в санаторий, в глушь, в Саратов. Куда угодно, только подальше отсюда». Проблема моего отпуска была решена.
— Я собиралась поехать отдохнуть за город, — сказала я решительно.
— Замечательно, — обрадовалась тетушка. — Ты можешь взять Максима с собой. И тебе не скучно будет, и он хорошо проведет время на речке. А то что парню в душном городе сидеть? — Тетушка искренне улыбалась, а я недоумевала, как такая идея вообще может приносить удовольствие. Это же бред, кошмар, произвол. Максимка и отдых — две вещи несовместимые.
Максим Бурусов вроде как наш родственник. Очень дальний родственник, даже не седьмая вода на киселе, а какая-то там десятая, если не одиннадцатая. Но с его бабушкой, Полиной Антоновной, тетя Мила всегда поддерживала хорошие, родственные отношения. Эти две женщины, чей возраст давно перевалил за полтинник, по нескольку раз в год пытались найти непрерывную связь в своем родстве, и каждый год статус их родственных отношений менялся. То они были троюродными сестрами, то племянниками одного дяди, то внучками двух бабушек-близняшек. Как бы там ни было, тетушки получали огромное удовольствие, выстраивая древо своей обширной родословной, а в свободное время обменивались кулинарными рецептами и мечтали о беззаботном будущем своих отпрысков. Под словом «отпрыски» подразумевались я и Максимка, тринадцати лет от роду. Он бывал у нас не единожды, и каждый его визит в славный город Тарасов приносил нам с тетей Милой кучу проблем. Помимо этого, наш участковый не раз грозился, что отправит хулигана Бурусова в колонию для несовершеннолетних, несмотря на то что Максим парень не местный, хабаровский.
— Нет, нет, — громко протестовала я, слезая с велотренажера, — путевка в санаторий уже выкуплена, свободных мест не осталось, Максимке придется посидеть в душном городе.
— Но, Женечка, подумай сама, что ему тут делать? Одному?
— У него во дворе полно знакомых, ты же знаешь, как быстро он завязывает дружбу с ровесниками. С его прошлогоднего визита как минимум трое ребят очень обрадуются приезду старого товарища.
— Это ты про тех хулиганов из пятнадцатого дома? — ужаснулась тетушка, вспоминая друзей Максимки. — Они плохо влияют на нашего мальчика, я вообще всегда была против их сомнительной дружбы.
