– Кирюш, не будь такой жестокой. Знаешь, как не удобно на нем спать? На утро все тело затикает: шея, ноги, руки, спина. Кира, прошу сжалься. – говорил он с очаровательной улыбкой на лице.
– Нет! – я придвинулась к нему ближе и руками пыталась столкнуть его с постели. Но он сопротивлялся, щекотал меня и уперто забирался на середину кровати, смеясь заразительным смехом.
– Кирюш, если бы я хотел тебя трахнуть. Я бы это уже давно сделал. Не вредничай. Обещаю, пока нахожусь с тобой в одной кровати, я к тебе даже пальцем не прикоснусь.
Но я упиралась и загоняла пальцы ему под ребра, а он продолжал щекотать меня, что уже просто не хватало воздуха. Я сумела перехватить его запястье и остановить щекотку.
– Кира, ну пусти меня хотя бы на краешек кровати. – говорил он смеясь.
Я рассмеялась и отдышавшись кинула на него взгляд.
– Только на краешек и одеяло мое.
Илья победно улыбнулся и кивнув протянул мне руку для рукопожатия.
Я усмехнулась и вложила свою ладонь, смотря в глаза. И в этот момент по телу пронеслась дрожь.
Я резко одернула руку, как от огня. И откинувшись на подушку, легла на бок и проговорила.
– Спокойной ночи.
Илья встал с кровати. Выключил везде свет, оставляя включёнными только два светильника.
Я смотрела в окно, пальмы гнулись под сильным ветром. Шум моря был громче, чем обычно. Похоже начался шторм. В небе пробегали зигзагом молнии и на секунду освещали все пространство. Где-то вдалеке разносилось тихое эхо грома. Надеюсь, к нам не доберется эта мрачная туча. На самом деле, я боюсь грома и молний.
Илья сдержал слово и лег на край кровати. А я вновь перевела взгляд к окну и слегка приподнявшись на локтях, смотрела на мрачный океан.
– Кира, ты чего? – спрашивал Илья.
Я кинула на него взгляд и прошептала.
– Не люблю гром и грозу, я боюсь такую погоду.
Илья облокотился спиной на спинку кровати и дотянулся рукой к моей ладони. И я чувствовала, как мою ладонь обжигало его прикосновения. Чёрт! Нет! Это я себе придумала! Я ничего не чувствую! Алкоголь, просто никак не выветривается с моей головы.
– А мне нравится такая погода, что-то в ней есть чарующее. – говорил парень продвигаясь ближе ко мне, рукой аккуратно притянул меня за талию и уложил мою голову у себя на груди, нежно поглаживая кончиками пальцев по щеке.
Я прикрыла глаза, сердце бешено стучалось, готовое выпрыгнуть из груди, но и одновременно я чувствовала спокойствие и уют в его объятиях. Я слушала стук его сердца и медленно проваливалась в сон.
За окном уже стояло солнце, напрочь исчезли все признаки плохой погоды. Океан утешающе бился об берег. Пальмы стоял неподвижно и грелись под лучиками солнца.
Я обернулась, смотря на Илью. Он крепко спал на краю постели, выглядел спокойным и уязвимым. Я хотела коснуться его щеки, но одернула руку и покачала головой. Нельзя! Пусть спит.
Я тихонько приподнялась с кровати, нога все ещё болела, но боль стала меньше.
Я подтянула одеяло и аккуратно укрыла Илью. В бунгало было прохладно, от включенного кондиционера. Но стоит выйти за порог, как можно сойти с ума от безжалостных лучей солнца.
Подойдя к столику я заметила вибрирующий телефон Ильи и не сдержавшись взяла его и посмотрела на экран, «Змея».
Я приподняла бровь и усмехнулась. Интересно как Илья записан у неё в телефоне.
Сейчас на Фиджи семь часов утра, а по Москве два часа ночи. Почему ей не спится? И мне жутко было интересно услышать её, что она будет говорить. И дрожащими пальцами провела по экрану, поднеся телефон к уху.
– Илюш, милый, прости я не хотела тебе выносить мозги. Но ты понимаешь, как мне плохо… – у девушки заплетался язык, похоже она не мало выпила.
Я нервно сглотнула и тихо заговорила.
– Рита здравствуй. Илья, он спит. Я ему передам, что ты звонила.
В динамике, что-то зашуршало, и после она прошипела.
– Сучка, какого хрена ты берёшь его вещи?! Или ты записалась в секретарши?
По коже пробежали мурашки и я уже успела себя отругать, за то что решила ответить на звонок.
– Извини и доброй ночи! – протараторила я и уже хотела сбросить звонок, как она меня остановила.
– Стой! Давно хотела с тобой пообщаться… Илья он только мой, запомни! И после вашего развода мы поженимся. Только попробуй к нему хоть пальцем прикоснуться, я твою миловидную рожицу в кисель превращу и все патлы повыдираю. Я тебя потерплю три месяца, а дальше чтоб не всплывала в нашей жизни! После же от тебя требуется только развод, но я думаю твой папочка и без твоего участия сможет подать на развод.
Сердце бешено стучалось, по телу расплылся холодок и страх. Не ожидала, что у Ильи девушка такая неприятная личность. Наверное ему именно такие и нравятся, у которых сильный характер, но рядом с ним она становится ласковой кошечкой.
Но я не хотела продолжать разговор и провоцировать на оскорбления и собравшись с мыслями заговорила.