Высокомерное отношение греков к македонянам проявлялось в других сферах. Македонией правили цари, люди предпочитали обмен денежным формам оплаты (эта ситуация изменилась при Филиппе) и работали на земле или разводили скот сами, не прибегая рабскому труду. Хотя население Нижней Македонии жило в городах, обитатели Верхней Македонии жили на землях, принадлежащих племенам (
Греки не могли понять, почему свободные люди исполняют работу, которую могут делать рабы, и полагали, что граждане, живущие при монархии, недостаточно разумны, чтобы пользоваться благами самоуправления. Все эти предубеждения, вероятно, наложили свой отпечаток на деятельность Филиппа в те времена, когда он стремился утвердиться в Греции, и, возможно, до некоторой степени, и на политику его сына.[32] Должно быть, особую радость Филиппу приносили почести, связанные с его избранием на различные греческие гражданские должности, включая председательство на Пифийских играх (состязаниях Олимпийского цикла) в 346 году, в том числе и потому, что он прекрасно понимал, сколько греков скрежетало зубами, узнав об этих назначениях.
А будь это человек достойный в других отношениях — скромный или справедливый — такой, который не может выносить его невоздержанности в повседневной жизни, кутежей и непристойных плясок, такой человек оказывается затертым и не пользуется никаким авторитетом. (19) Таким образом остаются вокруг него грабители, льстецы да люди, готовые в пьяном виде сплясать такие вещи, которые я сейчас не решаюсь перед вами назвать[34]. Но очевидно, что это — правда, так как именно тех, кого отсюда все выгоняли, как людей гораздо более распутных, чем всякие гаеры, — например, известного государственного раба Каллия и подобных ему людей, мимов, потешающих смешными шутками[35], и сочинителей срамных песен с насмешками над своими же приятелями — вот таких людей он любит и держит около себя.
Так говорил Демосфен (побывавший в Пелле с дипломатической миссией), жалуясь на то, что двор Филиппа оказался настоящим вертепом, в котором процветали распутство и пьянство и который притягивал к себе самые отвратительные людские отбросы.[33] В данном случае он не отклонялся от истины, потому что Филипп был известен своим пристрастием к алкоголю и, по-видимому, не закрывал дверей от людей, которых афиняне и, возможно, все греки сочли бы неприличным пустить на порог. Иными словами, веселых собутыльников и рассказчиков. Македоняне отличались, по крайней мере, от афинян рядом важных социальных и культурных особенностей, которые, естественно, вызывали презрительное и высокомерное отношение со стороны греков. Одно из таких отличий, давшее повод для пренебрежительного отзыва Демосфена, состояло в злоупотреблении вином и устроении пьяных застолий.
Греки разбавляли вино водой (холодной или теплой), смешивая их в больших чашах — кратерах, тогда как македоняне пили неразбавленное вино (
