Могут, и даже больше! Если им предписывалась вежливость (отсюда абсолютно распространенное выражение "возлюбленный брат"), они также должны были соблюдать строжайшую дисциплину и признавать свои проступки, не дожидаясь выговоров начальства. Повиновение было абсолютным; не допускалось никаких проволочек. Существование рыцарей, сержантов Храма, было тщательно регламентировано и определено, но с реализмом, поскольку учитывало тот факт, что они были монахами-солдатами, а не проповедниками или философами. Оригинальность Храма заключалась в этом двойном членстве, или, скорее, в этой двойственности. У ордена было два лица, две функции, так же как у
Их история связана с историей Иерусалимского королевства и крестовыми походами. Здесь я могу дать лишь сокращенный рассказ. Достаточно объяснить причины основания этого ордена и его необычайного распространения, а также миссию, которую он взял на себя в Святой Земле на протяжении полутора веков.
Успех первого крестового похода был обусловлен, в основном, эффектом неожиданности. Мусульмане никак не были готовы к массированному вторжению западных рыцарей. Последние, движимые верой, о которой мы не имеем ни малейшего представления, легко захватили Антиохию в 1098 году, затем проложили себе путь через долину Оронта и, следуя вдоль побережья от Триполи до Яффы, прибыли в Иерусалим и взяли его штурмом в 1099 году. После этого они задумались о самоорганизации. Готфрид Бульонский[282] был избран королем Иерусалима, но не принял другого титула, кроме титула Защитника Гроба Господня. Затем крестоносцы вернулись домой. После их ухода Готфрид остался в своем королевстве с тремя сотнями рыцарей и несколькими тысячами пеших воинов. Мусульмане отреагировали, сначала спорадически, но достаточно энергично, так что защитнику Иерусалима пришлось сражаться до последнего дня, без передышки. Ему удалось присоединить Галилею и Иудею, а также создать "княжество" Тивериада, которое он передал Танкреду Тарентскому[283]. Когда Готфрид умер, обессиленный, он завещал свою клятву своему брату Балдуину Булонскому[284], графу Эдессы. Последний принял имя Балдуина I Иерусалимского. В течение восемнадцати лет своего правления он почти не прекращал воевать. Используя разобщенность мусульман, он захватил Арсуф, Кесарию, Сен-Жан-д'Акр (Акру), Бейрут и Сидон; он занял Трансиорданию и с тех пор контролировал караванный путь в Мекку. К северу от Иерусалимского королевства граф Раймунд де Сен-Жиль[285] захватил Триполи, Тортосу и Библ. На этом период завоеваний для крестоносцев в целом закончился. Мусульмане оправились; они поняли, что христиане ведут не только завоевательную, но и священную войну. Балдуин II, несмотря на свои несомненные политические и военные таланты, смог лишь сохранить целостность своего небольшого королевства. Крестоносцы, вероятно, продолжали прибывать в Святую землю, но небольшими группами и только на время своего паломничества. Самой страшной угрозой для Иерусалимского королевства была не окружение мусульманскими государствами, а отсутствие стабильной военной силы. Балдуин II подвергся нападению во время охоты, а паломников часто грабили и даже убивали между Хайфой и Кесарией.
