Кир вышел из кухни с чашкой горячего какао и тарелкой бутербродов. Я с обожанием посмотрела на все эти вкусности. Быстро выхватив у него тарелку и схватила кружку какао, но уже более аккуратно чтоб не обжечься.
Я с удовольствием жевала бутерброд и запивая его ароматным какао облокотившись о Кира. Он был в общем-то не против, поэтому я нагло своевольничала, превращая Кира в теплую батарею и спокойно на него опиралась.
После того, как я поглотила все бутерброды, я отложила тарелку в сторону и грела холодные руки о кружку с остатками какао.
Мое тело подрагивало от проходящего холода и Кир это чувствовал.
— да иди ты сюда. Дрожишь как из северного полюса вернулась.
Он обвил меня руками и схватив с дивана плед еще и накрыл сверху. Стало гораздо лучше.
Какое-то время мы молча смотрели на костер. Теперь понимаю, почему Кир сидел тут и безотрывно глядел на огонь. Он может быть таким завораживающим, красивым и таким… понимающим.
— прости меня пожалуйста — тихо прошептала я ему. Я была уверена, что он слышит меня так как я сейчас находилась в его теплых объятиях. — я просто хотела, чтобы ты еще раз меня похвалил. Мне этого в жизни очень не хватает. Я не знала, что это может быть так приятно.
— глупая. — прошептал он мне в ответ — сказала бы что дело только в этом, я бы постоянно тебя хвалил. Мне же не жалко…
— ты простишь меня?
Я достала руку из одеяла и показала ему его монету.
— я уже давно тебя простил. дай сюда ее.
Он взял у меня монету и подкинув ее вверх, спрятал у себя в кармане.
Мы опять замолчали, с восхищением смотря на огонь. Мы оба ловили кайф от него. Оба видели в этом часть себя хоть это и странно звучит, но так и есть.
— спасибо тебе.
я посмотрела на его лицо, которое не сводило взгляда с огня. Помимо отражения огненного пламя, заметила в глазах усталость и какую-то знакомую боль. Я уже видела эту боль у него в глазах. Много раз, но только сейчас задумалась над причиной такого взгляда.
— почему ты меня боишься?
Задал неожиданный вопрос Кир. Он наконец посмотрел на меня своими порядком красными глазами.
— ты, о чем? Я не…
— ты все понимаешь.
перебил он меня, предугадав ответ. Я тяжело вздохнула и собравшись с мыслями, решилась на самую наглую наглость, которую я когда-либо делала. Я положила голову ему на колени, укутываясь в плед, как в кокон. Как ни странно, он ничего не сказал против, позволяя мне проделать с ним свои манипуляции.
— я… я не знаю. Что-то во мне отчаянно от тебя бежит.
Я вспомнила постоянную травлю бабушки о том, что все мужики — самые поганые существа на планете. Она постоянно брала в пример моего отца, который услышав о беременности мамы поспешил скрыться и максимум платил алименты, а когда мама попала в автокатастрофу и получила инвалидность, он вообще затерялся и перестал оказывать и без того такую малую помощь. Я его никогда в своей жизни не видела, так как бабушка сказала, что он даже не интересовался мной никогда. Дедушки у меня тоже никогда не было, но бабушка про него ничего мне не рассказывала, предпочитая перебирать косточки маме. Она постоянно винила маму, что она шалава, связалась с очередным идиотом. И постоянно говорила мне, что бы я ни в коем случаи не разговаривала с мальчиками и не дружила с ними. Твердила что, они не заслуживают хорошего к ним отношения. Она запрещала смотреть мне мультики и фильмы про любовь и все твердила и твердила, что-то совсем страшное на этот счет.
Хоть бабушка была и жестока в воспитании, постоянно кричала и наставляла, но я любила ее своим тогда еще детским сердечком. И пусть она терпеть не могла это слово. Я делала все что она скажет. Внимательно ее слушала и запоминала как она велела. Внимала каждому ее слову.
Я сама не поняла, как начала отключаться в теплых объятиях. Меня никогда не обнимали помимо него. Бабушка не терпела ласк и меня заставляла о них забыть, но он показал мне как это может быть приятно. Как тепло и расслаблено я себя сейчас с ним чувствую. Никогда на душе еще не было такого спокойствия. Я таких заботливых объятиях даже почувствовала себя нужной ему.
Мой сытый организм и данное тепло от человека, на коленях которого я лежу сделало свое дело и меня разморило на сон.
Перед тем как окончательно отключиться, я почувствовала на своих волосах теплые и как ни странно заботливые руки.
или мне все это кажется? Я же знаю, что для Кира это всего лишь игра и таких как я у него сотни или тысячи…
Я иду по высокому, роскошному коридору выстланному красной дорожкой.
В руках небольшой букетик с цветами украшенный белой лентой и множеством маленьких розочек.
Мое роскошное, пышное платье окутывало и создавало вокруг меня наподобие роскошного купола. Я не видела, но чувствовала это. Я оглянулась назад и видела, как белоснежный шлейф платья вилял подобно моим движениям. Само платье корсетом сжимало мне грудь и струилось вниз по пышной юбке бархатным и кружевным слоем.
Я чувствовала себя королевой или как минимум принцессой в какой-то старинной сказке.