Но логика далеко не исчерпывает духовных ресурсов творческого мышления.
«Нельзя недооценивать необходимой роли воображения и интуиции в научном исследовании. Разрывая с помощью иррациональных скачков… жесткий круг, в который нас заключает дедуктивное рассуждение, индукция, основанная на воображении и интуиции, позволяет осуществить великие завоевания мысли; она лежит в основе всех истинных достижений науки… Таким образом (поразительное противоречие!), человеческая наука, по существу рациональная в своих основах и по своим методам, может осуществлять свои наиболее замечательные завоевания лишь путем опасных внезапных скачков ума, когда проявляются способности, освобожденные от тяжелых оков строгого рассуждения, которые называют воображением, интуицией, остроумием»[385].
13. Остроумие и интуиция как способы и формы познания и творчества
Вдумайтесь в логику всех острот, анекдотов, юмористических рассказов, парадоксов, эпиграмм и т. д. Все они, несмотря на бесконечное многообразие по содержанию, по силе блеска мысли, логически построены по этому общему принципу[386].
Архимеда попросили определить состав золотой короны, т. е. процент различных примесей. Он придумал остроумнейший способ определения веса тела и открыл знаменитый закон физики. Не случайно в науке нередко говорят о том или ином ученом: «Он построил остроумную гипотезу», «Он придумал остроумнейший эксперимент». Способность к остроумию вообще и к научному в частности воспитывается всеми достижениями культуры, искусством, предполагает большой запас знаний и умение оперировать ими.
В поисках решения проблемы, в процессе открытия мысль зачастую черпает ассоциации и аналогии из весьма отдаленных областей. Порой в сокровенных глубинах души как бы наплывом возникают поражающие глубиной прозрения образы, которые намного обгоняют логически систематизированную мысль.
По словам А. Бергсона, интуиция есть окраина или полутень интеллекта; ее вытеснили из центра из-за того, что для действия она менее полезна, чем интеллект: ее функция заключается скорее в тончайшем усмотрении сути дела, а не в самом деле (в смысле его регуляции). Существенная особенность интуиции состоит в том, что она не разделяет мыслимый объект на части и не рассматривает их порознь, чтобы затем перейти к синтезу, а как бы в одно мгновение схватывает целое в его сущности, да так, что рациональная логика ума не поспевает за ней, а потом «удивляется» тому, как это у нее получилось, как это она опередила его. Интуиция как бы изначально синтетическая активность духа, при этом самая тонкая, самая изящная его «особа».
Интуиция схватывает многообразие особенностей объекта в их едино-цельности, «заглядывая» на объект откуда-то из-за «спины» интеллекта или, точнее, с высоты сверхсознания. Интуиция — это «умное созерцание», как бы пронзающее «мелочи» частностей и вцепляющееся в саму суть объекта.