Во втором томе этого труда, дополняющем и развивающем комментарий к первому, неуемная пытливость побуждает Шпенглера исследовать последние метафизические принципы, объяснить тайну культуры. Однако намеченный труд так и не появился: его вытеснили планы «Истории человека со времени его происхождения» (из них имеется несколько разрозненных набросков). В последние годы жизни Шпенглер выступил как автор трактата «Пруссачество и социализм», небольшой книжки «Человек и техника». Здесь «фаустовский» человек, видящий перед собой гибель, последний и высший представитель вида хищных животных, ведет, верный судьбе, свою безнадежную борьбу. Духовное завещание Шпенглера — «Годы решения» — предостерегающее пророчество о надвигающейся опасности. Не случайно Шпенглер считал себя продолжателем гераклитовой традиции, т. е. уподоблял историю гераклитову вечному огню, который «мерами разгорается и мерами угасает».
В последние годы его жизни о нем перестали говорить. «Я чувствую себя более одиноким, чем когда-либо прежде, — писал он в 1932 г. в предисловии к своим политическим работам. — Захотят ли меня, наконец, понимать, а не только читать? Я этого жду». Он не дождался. Но еще до того, как разразилась Вторая мировая война, началась новая полоса его влияния в Германии и за границей: в многообразных попытках философов преодолеть идеи упадка, обнимающего весь мир культурного сообщества[408].
Существенный интерес представляет попытка Вебера рассмотреть философию истории. Он трактует исторический процесс под углом зрения социального действия и его решающих мотивов. По Веберу, глубинной основой человеческой мотивации в конечном счете оказывается смысл жизни, а важнейшей составляющей философии истории является философия мировоззрений. Вебер рассматривал человеческие действия с позиции их типичности как составляющие образа жизни, объединяющего образ действия и образ мысли в нечто единое, как оно есть на самом деле.
Сосредоточив свое внимание на смысле жизни, Вебер увязывал его с образом жизни и мотивацией, чтобы уяснить проблему веры. Анализ ее привел Вебера к необходимости анализа проблемы религии: Вебер анализирует философию религии (протестантизм), останавливаясь прежде всего на ее роли в экономической деятельности.
Он одним из первых обратил внимание на надвигающийся конфликт между бюрократией и демократией и указал на парадокс демократизации общества: вовлекая в управление большое число людей, жизнь создает разветвленные управленческие структуры, а последние оказываются деструктивными для самого демократического общества[409].