Философия философии полностью

Осознание собственной историчности было визитной карточкой континентальной философии с самого начала ее развития. Аналитическая философия, напротив, практически полностью игнорировала тот факт, что она сама является исторической традицией. Лишь в последние 10–15 лет ситуация начала меняться. Изначально представители аналитической школы решали проблемы из некого «вечного» списка, не принимая во внимание историю их решения и тексты современников. На самом деле, аналитические философы вели себя даже более консервативно, чем континентальные, в том смысле, что они пытались решать вечные проблемы вне контекста, пользуясь нейтральными методами. Такой подход можно назвать базовым для современной философии, как в эмпирической, так и в рационалистской традиции. Без сомнения, он принес философии много пользы, поэтому континентальные философы демонстрируют недальновидность, отвергая его за «антиисторичность». Точно так же недальновидны аналитические философы, отвергающие континентальную философию исключительно в силу недостатка логической стройности и не ценящие более широкий контекст, который учитывается в этой традиции при решении проблем.

Для философов в принципе характерно не соглашаться друг с другом, и в философии наблюдается гораздо меньше согласия, чем в других дисциплинах. Разумеется, философы придерживаются более или менее единого мнения относительно того, какие тексты следует считать каноническими. Никто не оспаривает статус текстов Платона, Аристотеля и Канта. Однако тексты других философов – к примеру, Гегеля, Хайдеггера и Дерриды, – уже могут вызвать споры. И чем ближе к современности, тем больше разногласий возникает относительно того, что следует считать каноном философии. Можно сказать, что философия постоянно пребывает в допарадигмальном или даже многопарадигмальном состоянии. Разногласия между различными философскими позициями – перманентное состояние, которое нельзя разрешить раз и навсегда, да это и не нужно, поскольку такое противостояние приносит свои плоды. За 2500 лет философы так и не пришли к единому мнению, что такое разум, несмотря на то, что именно это качество лежит в основе всей философии. Тем не менее со времен Аристотеля никому не удалось внести полную ясность в этот вопрос. Было создано множество концепций разума (формальные, ситуативные, прагматические и т. д.), и сегодня у нас сформировано довольно полное и разностороннее представление, но и разногласия по этому вопросу сильны, как никогда. Но именно эти разногласия часто оказываются продуктивными, поэтому жаловаться не приходится. С другой стороны, продуктивными разногласия можно назвать только тогда, когда обе стороны стремятся к диалогу и поиску точек соприкосновения.

Идеальный философ – это человек, способный рационально общаться с другими и стремящийся понять их, чтобы вместе достичь истины. Философы нередко бывают именно такими, но есть также множество примеров философской «аргументации», основанной скорее на обвинениях, нежели на рациональном обмене мнениями и доброжелательном стремлении понять противника. Разногласия – это хорошо. Когда слишком много людей во всем согласны друг с другом, это настораживает. Однако, для того, чтобы разногласия были продуктивными, требуется взаимное уважение и взаимная готовность к диалогу. Целый ряд «аналитических» философских институтов не включают в программу обучения таких философов, как Гегель, Хайдеггер, Фуко и Деррида (хотя их работы могут быть включены в библиографию по таким дисциплинам, как литературоведение, история идей и т. п.), и точно так же многие «континентальные» философские институты не включают в программу Фреге, Куайна, Дэвидсона и Даммита. А ведь не обладая знаниями о противоположной стороне, невозможно вступить диалог и вести настоящую дискуссию.

Молодые философы все чаще работают с обеими традициями. Это не означает, что противостояние между ними снято, скорее дело в том, что молодое поколение философов научилось говорить на двух языках. Предпосылкой к такому развитию стало понимание, что аналитическая школа – это просто еще одна историческая традиция, а не единственно возможный подход к философии. Никто не стремится полностью стереть разницу между двумя традициями, но нынешнее поколение философов сумело оценить вклад каждой из них в общий философский инструментарий, к которому мы прибегаем для решения философских проблем. В одних областях лучше подходят методы аналитической философии, в других – континентальной, а в третьих они прекрасно дополняют друг друга.