Философия имени полностью

По мнению В.В. Зеньковского, А.Ф. Лосев вводит здесь изначальное для него учение об Абсолюте как Субъекте (Зеньковский В.В. История русской философии. Т. 2. Ч. 2. С. 139).

С. 103.^* «В сверх-умном мышлении – собранность… оно уже все охватило… в… единственном пункте абсолютной единичности всего».

По словам Терезы Оболевич, Лосев «характеризует это „сверх-умное мышление“ по аналогии с „гипер-ноэматическим“ и „сверх-интеллигентным“ моментами имени, присущим Сверх-сущему» (Оболевич Т. Указ. соч. С. 218). Она полагает, что, хотя в «Философии имени» Лосев и избегает терминологии, свойственной имяславию, тем не менее, «нетрудно сделать вывод, что под Сверхсущим он подразумевает сущность Бога, одновременно присущую всем Лицам Святой Троицы» (Там же).

С. 103.^** «Первозданная сущность целиком воспроизводит первосущность с сохранением решительно всех ее диалектических моментов, в полной ее нетронутости и незамутненности».

В.В. Зеньковский предлагает следующий вариант мифологической интерпретации данного фрагмента:

С. 103.^*** «Только одним отличается первозданная сущность от перво-сущности… она – сущность не сама по себе, но лишь по причастию к перво-сущности».

Аналогичный ход диалектического конструирования имеется в «Античном космосе и современной науке»:

Оригинальную интерпретацию первозданной сущности как имени первосущности, «именующего первосущность во всей полноте содержания как себя самой, так и своего инобытия в инаковости меона», выдвигает Е.Н. Гурко (Божественная ономатология. С. 217).

С. 103.^**** «Субъект сверх-умного мышления все содержит в себе в абсолютной единичности…».

См. мифологическую интерпретацию данного фрагмента у В.В. Зеньковского:

С. 104.^* «Имя перво-сущности сияет во всей своей нетронутости предвечного света в инобытийной своей мощности, преодолевшей тьму меона».

Здесь дается диалектико-мифологическое представление ситуации творения умно-сердечной Иисусовой молитвы у исихастов и достигнутого экстаза как высшей точки умного делания. Одно из первых богословско-философских описаний экстаза и мистико-аскетического пути к нему у А.Ф. Лосева было выполнено в его статье «Имяславие», где говорится: