Философия имени полностью

4. В идее, кроме того что она есть сама по себе иное предмета, т.е. нечто отличное от предмета, ровно ничего не содержится. Тут полное и абсолютное не единство и сходство, но тождество со своим инобытием (76). Произошло полное и окончательное отождествление являющегося эйдоса с явившимся, при всем их столь же несомненном различии (113). Не до некоторой степени оно (т.е. чистое мышление. – В.П.) тождественно с собою, т.е. сходно или подобно, и не до некоторой степени различно с собою, т.е. несходно или неподобно, но абсолютно оно тождественно с собою и абсолютно различно с собою (100); мыслимое и мыслящее должны кроме различия иметь пункт и абсолютного тождества (102); «субъект» и «объект» в пределе даже отождествляются между собою (192).

5. Аналогичное рассуждение и относительно самотождественного различия (194). Феноменология там, где смысл предмета – самотождествен во всех своих проявлениях (199); феноменологическое зрение видит его (т.е. предмета. – В.П.) смысловую структуру, независимую от случайностей и пестроты и во всех этих случайностях и пестроте пребывающую неизменной и самотождественной (199 – 200). Образное представление есть самосоотнесение, самоотождествление, но проведенное не до последней глубины. Здесь субъект отождествляет себя с тою частью себя, которая проявляется в форме различающей деятельности себя, направленной к различению иного в отношении себя (98).

1. В эйдосе мы можем выделить момент качественной определенности составляемого из отдельных элементов эйдоса. Если в первом случае (а это эйдос как взаимоотношение его элементов. – В.П.) мы имеем идеальную схему, то тут перед нами – качественная заполненность этой схемы. Эту совокупность идеально-качественных моментов эйдоса назовем топологическим моментом. Тут будет выдвинута категория самотождественного различия (124 – 125). Топологическая морфе в переводе на язык логоса дает качество, или акциденцию (139).

2. Эйдос в широком смысле (т.е. миф, эйдос в узком смысле, «топос» и «число») и его выражение воплощается на своем же логическом теле и факте, т.е. на факте чистого логоса (221); статистически-созерцательный аспект выделяет в мифе более абстрактные очертания символа, эйдоса (в узком смысле), топоса и схемы (122).

3. Чисто эйдетическое конструирование сущности в топосе (225); логическое конструирование топоса (226).

4. Топология есть учение об эйдетической морфе, или об идеальном пространстве, т.е. о смысле, рассмотренном с точки зрения самотождественного различия (179); топологическая морфология – насыщенная аритмология (209); топологическая морфология (218).

1. Первый момент, сверх-интеллигентный, момент единства, превращается в корень, источник всякой и всяческой жизни изучаемой сущности и всех ее судеб, экстатическую сведенность всей интеллигенции в одну неразличимую точку (118); сверх-интеллигентный момент, корень, исток и рождение жизни, умно-экстатическая точка (129); все отдельные моменты его (т.е. эйдоса. – В.П.) определения соединены в одной точке (132); сущность вмещает в себе все возможные смыслы в одной точке. Развертывая эту точку в ее самовыражении, в ее энергиях, мы получаем то одно, то другое энергийное излучение (227).

2. Она (т.е. сущность. – В.П.) может быть рассматриваема как становящаяся – в недрах самой себя, когда она из безразличной точки вырастает в цельную индивидуальную осмысленность (158); иерархии чувств – от жизненно-животного самоудовлетворения организмов к умно-сердечному и экстатическому самоутверждению себя и всего иного в одной сверхбытийной точке (121 – 122).

3. Учение о т.н. «точечных множествах», когда множество мыслится состоящим из бесконечного количества сливающихся одна с другой точек (220).

1. Слово – понятая вещь и властно требующая своего разумного признания природа (187); смысл ее (т.е. вещи. – В.П.) осмысляет известные пункты моего сознания так, как того требует самый смысл (193).

2. Это – непреклонное диалектическое требование разума, равносильное по абсолютной разумной достоверности только математическим конструкциям (94); диалектика требует триады на фоне четвертого, софийного момента (220); как простой факт внеположности для отличения его как факта требует понятия знания его как иного (вследствие чего понятие вещи в феноменолого-диалектическом восхождении требует понятия раздражения), так факт «знания иного», для того чтобы быть фактом, требует отличения от противоположного, т.е. требует понятия «знания себя», и понятие раздражения требует понятия ощущения (89). Мифология, диалектика, аритмология и топология есть первейшие науки, требуемые общей феноменологией мысли и слова на почве логоса эйдетического бытия вообще. След<овательно>, необходимо говорить специально о мифологической, диалектической, топологической и аритмологической природе мысли и слова, или имени (209).

Я почти первый в русской философии диалектически вскрыл живую и трепещущую стихию слова (47).