Обычно изложение истории философско-исторических идей в России начинают с «Философических писем» П.Я. Чаадаева (1794 — 1856), первое из которых было опубликована в 1836 г. (послед изд.: Сочинения. М., 1989; Полн. собр. соч. и избр. писем. Т. 1. М., 1991). П.Я. Чаадаев был предельно резок: «Одна из печальных особенностей нашей своеобразной цивилизации состоит в том, что мы все еще открываем истины, ставшие избитыми в других странах и даже у народов, в некоторых отношениях более нас отсталых. Дело в том, что мы никогда не шли с другими народами, мы не принадлежим ни к одному из известных семейств человеческого рода, ни к Западу, ни к Востоку, и не имеем традиций ни того, ни другого. Мы стоим как бы вне времени, всемирное воспитание человеческого рода на нас не распространилось».100 Чаадаев П.Я. Философические письма // Сочинения. М., 1989. С. 18.
Особенно П.Я. Чаадаева возмущает отсутствие у русских самостоятельного мышления. «Если мы хотим, — пишет он, — подобно другим народам, иметь свое лицо, мы должны сначала как-то переиначить у себя все воспитание человеческого рода. К нашим услугам — история народов и перед нашими глазами — итоги движения веков».101 Там же. С. 20.
П.Я. Чаадаева принято считать западником. Но будущий славянофил Иван Васильевич Киреевский (1806—1856) в опубликованной в 1832 г. статье «Девятнадцатый век» (послед. изд.: Киреевский И.В. Критика и эстетика. М., 1979; 1998; Избранные статьи. М., 1984) писал об отставании России от Запада, об общечеловеческом характере западной образованности и необходимости ее усвоения русскими.102 Киреевский И.В. Девятнадцатый век // Полн. собр. соч. Т. I. M., 1861. С.82 —83 и др.
Дальше пути разных русских мыслителей стали расходиться. Возник целый веер мнений. На одном крайнем фланге считали, что Россия по сути ничем не отличается от Запада, она лишь отстала от него. И в дальнейшем ей предстоит пройти все те ступени развития, что уже прошел Запад.
Другие мыслители подчеркивали, что в основе России и Запада лежали совершенно разные начала, что и определило принципиально разное развитие этих двух цивилизаций. Далее у них произошел постепенный отказ от взгляда на Запад как на носителя общечеловеческого просвещения. Западные и исконно русские общественные начала стали рассматриваться как одинаково важные. Следующий шаг — пропаганда идеи превосходства русских начал над западными.
В известной степени некоторые из этих моментов получили развитие в более поздней работе того же И.В. Киреевского «О характере просвещения Европы и о его отношении к просвещению России» (1852; послед. изд.: Киреевский И.В. Критика и эстетика. М. 1979; 1998.). Он пишет, что конечным результатом европейского просвещения было «почти всеобщее чувство недовольства и обманутой надежды», «чувство недовольства и безотрадной пустоты».103 Киреевский И.В. О характере просвещения Европы и о его отношении к просвещению России // Полн. собр. соч. Т. 2. М., 1861. С. 231. 104Там же. С. 249.И это, по его мнению, совершенно закономерно: в силу целого ряда названных им причин «образованность Европейская должна была окончиться разрушением всего умственного и общественного здания, ею самою же воздвигнутого».104
Но в наиболее яркой форме все эти идеи получили развитие в работах Алексея Степановича Хомякова (1804 — 1860), Константина Сергеевича Аксакова (1817 — 1860) и Юрия Федоровича Самарина (1819—1876). К.С. Аксаков в статье «О том же» (1850; послед. изд. в книге: Очерк русской философии истории. Антология. М., 1996) писал: «Россия — земля совершенно самобытная, вовсе не похожая на Европейские государства и страны... В основании государства западного: насилие, рабство и вражда. В основании государства Российского: добровольность, свобода и мир. Эти начала составляют важное и решительное различие между Русью и Западной Европой, и определяют историю той и другой. Пути совершенно разные, разные до такой степени, что никогда не могут сойтись между собой, и народы, идущие ими, никогда не согласятся в своих воззрениях».105 Аксаков К.С. О том же // Полн. собр. соч. Т. I. M., 1889. С. 16-17.Приобщение России к западной культуре К.С. Аксаков характеризовал как совращение.106 Там же. С. 16.У России — свой самобытный путь, и она должна идти по нему, ни в коем случае не сворачивая на совершенно чуждый ей западный.
Нетрудно заметить, что приведенное выше рассуждения К.С. Аксакова об коренном отличии основ российского общества от основ западного помимо всего прочего представляют собой апологетику существующих в России общественных порядков, включая самодержавие. Поэтому они были зло высмеяны неизвестным автором в стихотворении «Аксаковская мелодия», из которого я приведу первую строфу:
У них в Европе
Темно как в <...>.
Там волчий пир.
У нас же сладость,
Восторги, радость,
Любовь и мир.107 Неизвестный автор. Аксаковская мелодия // Вольная русская поэзия. М., 1975. С. 498.
