Все эти внутренние раздоры, в ходе которых каждая из борющихся группировок стремилась удовлетворить свои и только свои интересы, не считаясь с интересами государства, привели, по мнению Н. Макьявелли, к ослаблению Флоренции и, в конечном счете, к установление тирании, чего ни одна из этих сил не хотела.
Рассматривая в «Истории Флоренции» все события как результаты деятельности людей, Н. Макьявелли в то же время показывает, что люди не в состоянии предвидеть всех последствий своей собственной деятельности. В целом Н. Макьявелли на примере истории Флоренции показывает, что в исторических событиях, каждое из которых, взятое в отдельности, могло и не быть, проявляется такая связь, которой не могло не быть, что общий ход событий не зависит от желания и воли исторических деятелей. Иначе говоря, история у Н. Макьявелли фактически выступает как естественно-исторический процесс, хотя, конечно, никакого сколько-нибудь четкого выражения этой мысли мы у него не находим.
Несмотря на удары, нанесенные гуманистами, провиденциализм все еще продолжал не только жить, но и претендовать на господство над умами. Во Франции манифестом воинствующего провиденциализма была книга епископа Жака Бениня Боссюэ (1627 — 1704) «Рассуждение о всемирной истории» (1681; имеются два издания на русск. языке: Разговор о всеобщей истории. Ч. 1—3. М., 1761 — 1762; Всеобщая история, для наследника французской короны сочиненная. Ч. 1—3. М., 1774).
Ж. Боссюэ в своем изложении всемирной истории не просто руководствовался идеями провиденциализма. Его книга посвящена их разработке и обоснованию. Именно поэтому она занимает известное место в истории философско-исторической мысли.
Книга Ж. Боссюэ состоит из трех частей. В первой из них в хронологическом порядке распределены исторические события от сотворения мира до правления Карла Великого. Всего автором выделено двенадцать эпох. Первая — от сотворения мира (4004 г. до Р.Х.) : вторая — от всемирного потопа (2348 г. до Р.Х.), третья — от призвания Авраама (1921 г. до Р.Х.), четвертая — от получения Моисеем скрижалей закона (1491 г. до Р.Х.), пятая — от падения Трои (1124 г. до Р.Х.), шестая — от возведения Соломоном храма (1004 г. до Р.Х.), седьмая — от основания Рима (784 г. до Р.Х.), восьмая — от эдикта Кира о возвращении евреев из вавилонского плена (536 г. до Р.Х.), девятая — от разгрома Карфагена Сципионом (200 г. до Р.Х.), десятая — от рождения Христа, одиннадцатая — от признания Константином христианства (312 г.) и двенадцатая — от возложения папой Львом III императорской короны на Карла Великого (800 г.). Эти двенадцать периодов сводимы к семи векам, связанным соответственно с Адамом, Ноем, Авраамом, Моисеем, Соломоном, Киром и Христом. И эпохи, и века включены в состав трех великих периодов: период законов природы, что предшествовал Моисею; период писаных законов, что длился от Моисея до Христа, и период милосердия.
Семь из эпох, все века и все великие периоды выделены в соответствии с указаниями Библии и связаны с судьбами еврейского народа, что расходится с претензией Ж. Боссюэ на изложение не какой-либо, а всемирной истории.
Библия является для автора непререкаемым авторитетом в области истории, хотя уже в то время появились труды, ставящие под сомнение и авторство ряда ее книг, и многие содержащиеся в ней сведения. В 1670 г. Б. Спинозой был опубликован «Богословско-политический трактат» (русск. перевод: Избр. произв. в 2-х т. Т. 2. М., 1957). В 1678 г. во Франции вышел труд Ришара Симона (1638 — 1712) «Критическая история Ветхого завета». И хотя автор выступил против Б. Спинозы и в защиту божественности Библии, он в то же время был вынужден признать, что Моисей не был автором всего Пятикнижия, что Библию писали многие люди, что в ней много путаницы и искажений. Об этой книге Ж. Боссюэ не мог не знать, ибо сам затратил немало сил, чтобы не допустить ее публикации.
Во второй части прослеживается развитие религий, к которым Ж. Боссюэ относит только иудейский и христианский монотеизм. Для автора, как и для Августина Аврелия, продолжателем которого он является, история религии есть история божьего народа, или божьего града. Но в отличие от Августина, который под божьим народом понимал совокупность людей, предназначенных для спасения, Ж. Боссюэ под градом божьим понимает реальные исторические общности: в древности — это еврейский народ, в более позднее время — христианская церковь, причем после раскола на православие и католицизм лишь католическая церковь. Связующим звеном между историей еврейского народа и историей христианской церкви является Иисус Христос.
Третья часть посвящена подъему и упадку империй, причем все это рассматривается лишь в связи с историей евреев и историей христианской церкви. Такое построение работы с неизбежностью обрекало автора на постоянные повторения.
