Долгое время в литературе широко использовался термин «интернационализация». Говорили о интернационализации экономики, общественной и культурной жизни и т.п. Сейчас все чаще для характеристики происходящих в мире процессов начинает употребляться слово «глобализация». Возникают и разрабатываются различного рода концепции глобализации.
За сменой терминов скрывается существенное изменения происходящих в масштабе земного шара процессов. Начиная с XVI в. шел процесс формирования всемирной системы социоисторических организмов — всемирного исторического пространства. Он то и получил название интернационализации. К началу XX в. века этот процесс в основном завершился.
Во второй половине этого столетия развернулся новый процесс — началось превращение всемирной системы социоисторических организмов в один мировой социально-исторический организм. Именно для его обозначения и возник термин «глобализация». Глобализация предполагает сращивание экономик всех стран в одну единую экономическую систему. Огромную роль играют в этом транснациональные корпорации (ТНК). Глобализация прежде всего проявляется в свободном, ничем не ограниченном перемещения капитала, товаров и денег из страны в страну. Наибольшее продвижение произошло в сфере финансов: уже сейчас возникла и прибрела гигантское влияние на всю экономическую жизнь мира глобальная финансовая система.
Еще в начале XX в. видный итальянский экономист Вильфредо Парето (1848 — 1923) обратил внимание на то, что объемы финансовых соглашений намного опережают число реальных товарных сделок. К настоящему времени разрыв между финансовыми и товарными рынками настолько усилился, что первые потеряли непосредственную связь со вторыми. Известный российский экономист академик Дмитрий Семенович Львов сравнивает современную мировую финансовую систему с перевернутой пирамидой. Нижнее ее основание — финансы, обслуживающие реальный сектор или поток товарных благ. На их долю приходится не более 10 — 12% от общего оборота мировых финансовых ресурсов. Весь остальной денежный капитал находится в свободном плавании, не имеет реального материального накопления. «Это рынок, — пишет Д.С. Львов, — где деньги делают деньги, то есть рынок игроков в рулетку».7 Львов Д. Предисловие к русскому изданию // Г.-П. Мартин, X. Шуманн. Западня глобализации. Атака на процветание и демократию. М., 2001. С. 14.
Объем операций со спекулятивным (фиктивным) капиталом на мировом финансовом рынке, в десятки раз превышает объем операций по обслуживанию сферы производства и непрерывно нарастает. Если объем валютных сделок в глобальной финансовой системе за один день в 1987 г. составлял сумму в 600 млрд долларов, в 1988 г. - 800 млрд, в 1993 г. - 1 трлн, то в 1996 и 1997 гг. по 1,25 трлн.8 Henwood D. Wall Street. How It Works and for Whom. New York, 1997. P. 10.В 1998 г. он приблизился к уровню в 1,5 трлн долларов.9 Долгов С.И. Глобализация: Новое слово или новое явление. М., 1998. С. 10.Таким образом, оборот средств в глобальной финансовой системе за одну только неделю равен годовому валовому продукту США, а за время чуть меньше месяца — всему мировому валовому продукту.10 Там же.
«В молниеносных перемещениях этих гигантских финансовых ресурсов, — пишет видный российский финансовый эксперт Лев Николаевич Макаревич, — участвуют ежедневно тысячи транснациональных и национальных банков, корпораций, финансовых и брокерских компаний, инвестиционных институтов, пенсионных, паевых и хедж-фондов... Они вооружены новейшими техническими средствами, финансовыми технологиями и продуктами, для которых не существует государственных границ».11 Макаревич Л. Спекулятивный капитал берет на прицел российские стратегические позиции // ФИ. 02.04.1998.
Именно этот спекулятивный капитал (а главную роль в нем играет американский) определяет сейчас динамику мировой экономики. Его таранная сила огромна. В любой момент финансовый шквал может обрушиться на экономику любой слабой страны, включенной в эту глобальную систему, и привести ее к катастрофе.
«Мировая финансовая система, — пишет Д.С. Львов, — превратилась, по существу, в глобальный спекулятивный конгломерат, функционирующий не в интересах развития национальных экономик, роста промышленного производства и уровня жизни людей, а в интересах укрепления позиций стран золотого миллиарда. Это раковая опухоль на живой ткани мировой экономики. Масштабы ее постоянно разрастаются. Метастазы пронизывают финансовые системы все большего числа стран. Опасность разрастания этой финансовой чумы XX в. становится все более очевидной. Если ее не остановить, то, как предсказывают прогрессивные мыслители современности, она может разразиться в глобальный мировой кризис XXI века».12 Львов Д.С. Указ. соч. С. 15.
