Деградацию в настоящее время претерпевает философия. Это началось еще в XIX в., когда от подлинной настоящей философии отделились концепции, которые по внешним признакам были философскими, но таковыми в действительности не были. У истоков квазифилософии (от лат. quasi как будто бы, будто бы), или, помягче, пара-философии (от греч. пара — около, возле) стоит Артур Шопенгауэр (1788 — 1860), за которым последовали Сёрен Кьеркегор (1813 — 1855), Фридрих Ницше, философы-фрейдисты, экзистенциалисты всех мастей и оттенков (М. Хайдеггер, К. Ясперс и др.). К числу парафилософов относятся, конечно, и все представители русской религиозной философии, о которых уже шла речь выше (3.14.17). Последнее слово парафилософии — современная постмодернистская философия во всех своих разновидностях. Произведения философствующих постмодернистов, равно как и не выдающих себя за философов их сподвижников по постмодернизму, — типичные снобистские умственные артефакты. В связи с этим нельзя не вспомнить, что Ф. Фукуяма как о само собой разумеющемся говорит, что в его будущем идеальном капиталистическом мире не будет ни искусства, ни философии.
Наиболее типичный пример масскультуры — масскультура США. Когда-то крупнейший французский политический деятель Жорж Клемансо (1841 — 1929) сказал о США, что это единственная страна, которая перешли от варварства прямо к декадансу, минуя стадию цивилизации. И в этой злой шутке много истины. Поэтому в США ортокультура так быстро уступила место масскультуре. Американская масскультура и американская инфорномия — наиболее примитивная из существующих на Западе. Но так как США в настоящее время самая экономически развитая и богатая из стран центра, то именно ее масскультура грязным потоком льется по всеми миру, сметая по пути все действительные культурные ценности. Крупнейший американский политолог Пол Кеннеди писал: «Соединенные Штаты являются главным производителем и распространителем массовой культуры, откровенно эксплуатирующей первичные инстинкты человека и разрушающей гуманистические традиции».65 Цит.: Криштапович Л. Москве надо делать ставку на Пекин // Правда. 05-06.02.2002.
Мир, который именовали третьим, действительно к XIX в., значительно отставал от Западной Европы не только технически и экономически, но в культурном отношении. Распространение западноевропейской культуры по всему миру было явлением прогрессивным, несмотря на огромные издержки, связанные с зависимостью и колониализмом. Но так было до тех пор, пока распространялась западноевропейская ортокультура. Он действительно во многих отношениях стояла выше традиционных культур народов и стран третьего мира.
Положение резко изменилось, когда ортокультура была заменена западной, прежде всего американской, масскультурой. По сравнению с последней традиционные культуры стран третьего мира во многих отношениях стоят гораздо выше. Они являются в отличие от масскультуры пусть менее развитыми, чем западноевропейская ортокультура, но, тем не менее, подлинными культурами.
Мыслители, заметившие и нарисовавшие картину духовного кризиса западной цивилизации, естественно попытались и вскрыть его корни. Наиболее распространенный ответ — все дело в машинной технике, которая сама по себе губит все духовные ценности. В достаточно четкой форме эту мысль выразил и попытался обосновать О. Шпенглер в своем «Закате Европы» (1918). И с тех пор кто только не упражнялся в проклятиях технике. А так как современная техника неразрывно связана с наукой и является ее продуктом, то ненависть к технике обернулась и против науки. И, в конце концов, в качестве причины всех современных бедствий человечества выступил разум, выступило рациональное мышление. Вероятно, в наиболее яркой форме такой взгляд получил свое выражение в уже упоминавшейся работе М. Хоркхаймера и Т. Адорно «Диалектика просвещения» (1944). Все это послужило обоснованием и оправданием получающего все большее распространение на Западе иррационализма.
В действительности же ни техника, ни наука и ни человеческий разум ни в малейшей степени не повинны в духовном кризисе западной культуры. Причина всего этого в капиталистическом общественном строе, в господстве рыночных отношений. Из регулятора экономической жизни рынок превратился в регулятора всех сфер общественной жизни, включая область духовного производства. Рыночная экономика превратила все общество в рыночное.
