Социальную иерархию было бы точнее назвать не просто "вертикальной", а "лучеобразной", как это делает Л.П. Карсавин: "Основное движение создавало излучающиеся от короля более или менее длинные ряды феодальных владельцев в иерархическом порядке понижения их прав и земель, но ряды друг с другом не связанные. И таким же, излучающим феодальную государственность центром, становится всякий мало-мальски значительный член феодального рода. Общество строилось вертикально или лучеобразно. Оно стремилось к распадению на аналогичные друг другу иерархии, пересекавшиеся в общих центрах. Но это только тенденция развития, бесконечно менее ясная в действительности, чем в осмыслениях теоретиков феодализма, юристов" [2].
1 Бицилли Л.М. Элементы средневековой культуры. С. 14-15.
2 Карсавин Л.П. Культура средних веков. С. 97.
359
Поскольку бог, вершина всех иерархий, мыслится как высшее благо и совершенство, то мир в целом и все ступени иерархии, его составляющей, все его части получают нравственную окраску. "В средневековой "модели" мира нет этически нейтральных сил и вещей: все они соотнесены с космическим конфликтом добра и зла и вовлечены во всемирную историю спасения" [1]
Труд рассматривается либо как наказание за первородный грех, либо как средство спасения души; богатство как возможный источник погибели либо как источник добрых дел и т.п. Даже пространство и время приобретают нравственную окраску. Нравственная сущность категорий средневекового мировосприятия "и есть проявление их единства и внутреннего родства. То, что человеку средневековья представлялось единым, находящим завершение в божестве, и на самом деле обладало единством - ибо образовывало нравственный мир людей той эпохи" [2].
Символические отношения вещей и иерархическая структурность вселенной являются тем мостом, который надежно соединяет земной и небесный миры. Символическое мышление, свободно двигаясь от одного мира к другому, в сущности, говорит, что между ними нет непреодолимой стены и даже принципиального различия. "Материальное" и "духовное" представляют собой только градации одного и того же: материальное ниже и хуже духовного, но они вместе принадлежат одному и тому же миру и крепко связаны друг с другом в силу того, что материальное символизирует духовное, а духовное "представляет" материальное. Иерархии устанавливают между "безусловно материальным" и "безусловно духовным" целый ряд промежуточных звеньев. "Противоположность двух порядков не есть противоположность естественного и сверхъестественного, но противоположность "более" или "менее естественных" вещей" [3].
1 Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. С. 262. "Средневековый символ никогда не бывает этически нейтральным. Иерархия символов была вместе с тем и иерархией ценностей. Поэтому каждая вещь на земле, любое существо обладает определенным достоинством в зависимости от места, занимаемого в иерархии целого" (Там же. С. 267). Ценностный характер средневековых иерархий объясняет, почему всякая, даже малозначительная, вещь представляется средневековому мышлению несущей в себе некую "мораль", или "урок". Отсюда вытекает также самоценность каждой, даже, казалось бы, случайной детали средневековой жизни.
2 Там же.
3 Бицилли П.М. Элементы средневековой культуры. С. 8.
Об этом выразительно говорят конкретные средневековые иерархические цепочки. Так, Земля - это "самая естественная стихия", она "наиболее материальна", и потому она "дальше от бога", чем вода - стихия "более чистая и тонкая". И в общем случае, чем стихия чище, тем она ближе к богу.
360
Земной мир настолько тесно связывается с небесным символическими и иерархическими связями, что, по выражению П. Бицилли, эти миры "можно уподобить двум противоположным цветам спектра" [1].
