За окном сыпал снег, томилась одиночеством пушистая ель в углу – Серж специально искал самую красивую, достойную Ады и этого дома, потом самолично рубил и волок на санях, и смеялся вместе с Адой, цепляя на зеленые лапы звезды и вырезанных из серебряной фольги ангелов. Под этой елью Серж спрятал много подарков: шелковые ленты для волос, черепаховый гребень, золотой браслет и маленькое медное сердечко на цепочке. Его Серж случайно заметил на лотке уличного торговца, увидел и вспомнил просьбу Ады. «Подари мне сердце», – сказала она. Что ж, пусть не золотое и даже не серебряное – заказывать такой подарок было уже поздно – но как-никак сердце.
На следующее утро Ада, разбирая подарки, первым делом примерила именно дешевую цепочку с медной подвеской в виде сердечка. В этом незамысловатом подарке Ада усмотрела некий тайный, доступный ей одной смысл. Она была счастлива, и Серж был счастлив вместе с ней.
Только он сам, своими руками разбил счастье. Зачем ему понадобилось говорить о женитьбе именно сегодня? Зачем понадобилось разрушать светлый праздник Рождества Христова. Но свадьба через неделю, он и так молчал слишком долго. Матушка, обрадованная уступкой, больше не укоряла его за долгие отлучки, вряд ли она вообще их замечала. Матушка вместе с невестой – бедная девочка сирота, некому ей помочь, бабка, приглядывавшая за Стефанией, чересчур стара, а других родственников у девочки нет – окунулись в водоворот приготовлений к грядущей свадьбе, предоставив Сержу право самому разбираться со своими проблемами.
Проблемой они считали Аду, его Аду, которая растерянно хлопает ресницами, из последних сил сдерживая слезы, и сжимает в ладошке гребень, его подарок, а медное сердечко бесполезным украшением прикорнуло меж ключиц.
– Почему?
Один-единственный вопрос, но Серж теряется. Почему? Он и сам не знает, почему, просто… просто так получилось.
– Я убью ее, – обещает шепотом Ада, – я убью, убью… Всех убью… и ее, и тебя, и себя. Слышишь, Серж Хованский?
– Что ты такое говоришь? – Серж пытается погладить ее по голове, утешить, но Ада отстраняется.
– Почему она? Ты ведь любишь меня, ты же говорил, что любишь, тогда почему? Имя? Род? Деньги? Граф Хованский чересчур хорош, чтобы жениться на какой-то там безродной замухрышке? Да? Кем я буду?
– Моей любимой женщиной. Свадьба… Свадьба – это обычай. Я должен жениться, чтобы сохранить род, но любить я буду только тебя, Ада, не сердись, в конце концов, никакой трагедии не произошло и не произойдет, мы будем вместе, ты и я…
– И она.
