Философия обмана полностью

Полуправда чаще всего является актом намеренного действия субъекта-транслятора, преследующего определенную цель. Однако не следует сбрасывать со счета и ненамеренную полуправду. В подобных случаях субъект-транслятор, хотя и сообщает другому субъекту неполную информацию, но делает это не умышленно, а по рассеянности, забывчивости, в силу непонимания важного значения для адресата ряда сведений или по другим причинам. Бывают*- случаи, когда субъект-транслятор полуправды вообще не ведает, что творит, является лишь орудием другого субъекта - подлинного творца и транслятора целенаправленной дезинформации. Возможно и такое, что один субъект сообщает другому все, что ему известно. Но последний знает больше первого и считает, что тот намеренно утаивает часть информации.

Наконец, мы часто встречаем и такие проявления намеренной полуправды, которые коренятся в проблемности и проективности человеческого существования, обусловлены неточностью, вероятностью передаваемых сведений, плюрализмом мнений и оценок, издержками аутокоммуникации, неуверенностью в результатах самопознания и самооценки.

Вопрос о полуправде в общении с самим собой, близкий по ряду существенных пунктов к проблеме самообмана, требует специального рассмотрения. Но уже здесь надо заметить, что боязнь, нежелание, неумение глубоко и честно заглядывать в самого себя, компенсируемые повышенным вниманием к явлениям внешней действительности, ведут к привычной полуправде в общении с самим собой -полуправде нерефлексируемой в большей части своего объема, и эта неистребимая полуправда жизни в себе и для себя образует источник нерефлексируемой или крайне слабо рефлексируемой полуправды в межличностных и социальных отношениях, а в конечном итоге - человеческой склонности к полуправде и полуобману, выполняющих функции психологической защиты. Все это свидетельствует о необходимой взаимообусловленности внешних и внутренних коммуникаций субъекта. В социальном плане наибольший интерес вызывает, конечно, рассмотрение намеренной полуправды.

Намеренная полуправда - средство защиты интересов субъекта, выигрыша в социальных играх, достижения цели. Несомненно, что в большинстве случаев цель полуправды - обман. Однако стремление ввести таким путем в заблуждение другого субъекта имеет различные мотивы, часть которых могут быть оправданы в нравственном отношении или признаны этически нейтральными (случаи добродетельного обмана или умалчивания о каких-то аспектах действительности, вызванные служебными обязанностями, требованиями этикета, обычая и т.п.).

Утаивание части информации, уход от прямого вопроса и искреннего ответа, двусмысленность выражений, намеки вместо ясного утверждения или отрицания - все это, в об-щем-то, типичные моменты реальных коммуникативных процессов, происходящих на всех уровнях организации общества. Но эти моменты гипертрофируются и приобретают особенно изощренные формы в условиях тоталитарного режима, антидемократических форм правления, отнимающих у граждан элементарные свободы. В таких условиях деформируются естественные способы самовыражения, усиливается разрыв между личным и публичным, умножается двуличие и лицемерие. Здесь действуют страх, опасения, конформистская перестраховка, изощренная внутренняя цензура, усиливающая склонность к самооправданию и этическому релятивизму.

Когда намеренная полуправда (ниже будет рассматриваться лишь ее разновидность) имеет своей целью дезинформацию того или иного субъекта, ее различные проявления располагаются в широчайшем диапазоне - от вполне невинного сокрытия некоторых интимных сторон жизни до корыстного, злонамеренного и даже смертоносного обмана.

Мы наблюдаем сейчас особую нетерпимость к привычным для прошлых времен формам дозированной, «взвешенной», обтекаемой речи, к той повседневной и повсеместной околоправде, которая была столь характерна для публичных выступлений в советские времена. Острая эмоциональная реакция на полуправду - это во многом компенсация прошлых унижений, вынужденных умолчаний, насилий над совестью. Вот слова академика Д.С. Лихачева, сказанные в начале периода так называемой перестройки и первых успехов гласности: «Разучились говорить правду - полную правду, а полуправда есть худший вид лжи: в полуправде ложь подделывается под правду, прикрывается щитом частичной правды»⁹²⁹³.