Философский словарь полностью

Это слово ввел в обиход Лейбниц, озаглавивший так одну из своих книг: «Опыты теодицеи о благости Божией, свободе человека и начале зла». Вопреки этимологии (dike в переводе с греческого означает «справедливость»), это понятие выражает не столько божественную справедливость, сколько «богооправдание» – своего рода «речь в защиту» Бога. Теодицея ставит своей целью показать, что Бог, как говорил Платон, ни в чем не виноват и существование зла не может служить надежным аргументом против его существования и его доброты. Книга Лейбница, хоть и не столь блестящая, как его же «Рассуждение о метафизике», – несомненный шедевр. Но это вызывающий шедевр, представляющий собой попытку доказать недоказуемое. Поэтому мы не рекомендуем читать ее в моменты боли и страдания – можно легко прийти к таким же несправедливым выводам, к каким пришел Лейбниц.

Богослов, человек, посвятивший свою жизнь изучению Бога, то есть изучению того, что сказали о Боге другие люди, или, если он верит в Откровение, того, что Бог сообщил о себе сам. Труды теологов поражают своим многообразием, умом, эрудицией, а порой и глубиной. Но, несмотря на это, по прочтении сотен тысяч страниц сочинителейбогословов неизбежно приходишь к выводу, что Бог остается все таким же неопределенным и непонятным. «Я хорошо знал одного настоящего богослова, – вспоминает Вольтер. – Помимо всего прочего, он был еще и настоящим ученым и, кроме того, с недоверием относился ко всему, что знал. […] Перед смертью он признался, что зря прожил жизнь». Что это, антиклерикализм? Возможно. Но и сам св. Фома Аквинский писал перед кончиной своему другу Реджинальди, интересовавшемуся, как продвигается его работа: «Я больше не могу писать. Я видел такие вещи, перед которыми все мои писания – не более чем солома». Что именно он видел, осталось неизвестным. Но что такое солома, знают все.

«Наука» о Боге? Даже кавычки не спасают эту формулировку от внутреннего противоречия. Теология – не столько наука, сколько учение. Это рациональный дискурс (logos), формулируемый людьми, но направленный на Бога. Чаще всего, во всяком случае в религиях, основанных на откровении, теология основывается на том, что Бог сам сообщил о себе. Если бы он выражался при этом более ясно, теология утратила бы всякую полезность за полной ненадобностью.

Одной из разновидностей теологии является апофатическая, или отрицательная, теология, построенная не на утверждении, а на отрицании. Она не объясняет, что такое Бог (ибо это означало бы сведение Бога к человеческим категориям), зато говорит, чем Бог не является. Такая теология – хорошее средство против антропоморфизма. Еще одним таким средством, и более простым, и более эффективным, является атеизм.

Положение, доказанное в рамках гипотетико-дедуктивной системы. Из чего следует, что в философии теорем не бывает. Здесь скорее говорят о тезисах (Тезис).

Преувеличенное значение теоретического и абстрактного мышления, например вера в то, что теоретическое знание способно изменить мир, жизнь и людей. Противоположность активизму и такое же заблуждение.

Деятельность мысли, преобразующая мысль. Ее «сырьем» служат представления, концепты, факты, теории, ценности, знания (см. Альтюссер, «За Маркса»), которые она перерабатывает или критически переоценивает с целью получения других представлений, концептов, фактов, теорий, ценностей и знаний. Примеры применения теоретической практики, разумеется, многочисленны, если не неисчислимы: каждая наука, вернее, каждый вид научной деятельности являет собой один из них; еще одним примером может служить философия, вернее, всякое философствование.

Греческая калька, чаще всего употребляемая в том значении, какое придавал ей Аристотель. Теоретическим называют все относящееся к теории, то есть к чистому и бескорыстному знанию. Теоретические науки – математика, физика, теология суть науки, довольствующиеся познанием (в отличие от прикладных, практических наук, направленных на деятельность, в том числе производительную; см. Аристотель. «Метафизика», книга VI (Е), глава 1). Теоретическим мы называем познающий или созерцательный ум, прямо не связанный с какой бы то ни было деятельностью. Это ум, который «не мыслит ничего относящегося к деятельности и не говорит о том, чего следует избегать или добиваться» (Аристотель. «О душе», книга III, глава 9). Жизнь теоретика – это вершина мудрости и счастья (Аристотель. «Никомахова этика», книга Х, главы 7–8), это жизнь созерцателя. Она является одновременно и деятельной («деятельностью ума»), и исполненной радости («радости познания», там же).