Не следует путать целомудрие с воздержанием. Последнее – не более чем фактическое состояние, тогда как первое – скорее добродетель, заключающаяся в победе над вожделением, в особенности над сексуальным вожделением. Другой вопрос, нужна ли такая победа. А если и нужна, разве не самый верный способ одержать ее – регулярно удовлетворять свое желание? После акта любви мы становимся поразительно целомудренными. Что лучше – укротить зверя или приручить его? Пожалуй, все же второе.
Все элементы какого-либо множества, рассматриваемого как некое единство. У Канта целостность является одной из трех категорий количества, определяемой посредством двух других, ею же объединяемых: целостность есть единство множественности. В этом смысле можно говорить об абсолютной целостности, подразумевая под этим единство всех множеств (совокупность всех совокупностей; то, что Лукреций называл суммой сумм). Но на опыте мы по определению сталкиваемся только с частичной целостностью.
То, к чему мы стремимся, то, чего добиваемся, что хотим получить, в чем желаем преуспеть. Стоики различали конечную цель
Так, действия мудреца всегда бесцельны (в восточной традиции это принято называть «безразличием к достижению результата действия»), но это не значит, что они бессмысленны. Чем меньше он заботится о том, чтобы попасть в «яблочко» мишени, тем вернее его выстрел. Мудрецу достаточно действовать.
