- Занятно. Вначале я, было, подумал, что он - Къюби. Но их окрас силы так бы не подействовал на тебя. Они дикие, сильные и свирепые, это скорей оттолкнет твой вид, здесь же ощщущается равнодушное выжидание, я бы даже сказал бесчувственность. Думаю, он неинициированный курогитсуне. Надо же, кто-то из них все же уцелел. - Поглаживая лысую голову, произнес старик, и, скосив глаза на остальных девушек, констатировал. - Но вот остальным он не понравился.
- Это что? - Вслух произнес я, внимательно разглядывая себя.
- Мне и самому интересно, партнер. Думаю, тут имеет место быть больший процент слияния или особенность твоей тушки и тебя самого. - Произнес ошарашенный Драйг, моими глазами вместе со мной разглядывая последствия активации его силы.
А выглядел я необычно. Если по моей памяти у меня должна была появиться стальная хрень на левой руке, по заявлениям Драйга - мощная латная перчатка. Но вот появилось... Это! Для начала мою дыру пустого заткнула какая-то хрень телесного цвета к красными линиями, пять из них выходили за пределы этого круга и расходились по телу. Точнее, каждая линия тянулась к своей конечности, а пятая соединялась с моим шрамом, делая совсем уж какой-то причудливый узор на левой части моего лица. Остальные "вены" заканчивались бронированными конечностями по цвету и виду похожими на Драйга. Хотя то, что они не настоящие можно было заметно, все же они действительно больше тянули именно на части доспехов, но смотрелись куда лучше, чем стандартная "варежка"... Драйг, не рычи, на правду не обижаются! Из-за спины у меня виднелись кроваво-красные крылья. И не те бутафорские "мини", что тут имеются у нынешних демонов, эти вполне могли поспорить своим размахом с крыльями здоровяка Абигора. Да и сам мой облик стал... старше что ли? Не сильно, но годик-другой я все же накинул, да и сейчас я больше напоминаю себя прежнего, а не Александра Хелла. Фуллбринг тоже показал финт и принял вид нижней части одеяния синигами, верх у которой отсутствовал как класс. Мда, действительно, что-то непонятное из нас вышло.
- Партнер, надо бы проверить силушки, так что давай я начну. Усиляю! - Задействовал силы святого механизма Драйг, и я тут же почувствовал то, что так хотел - приличную прибавку к силе. Но дальше десяти повторов мой напарник пройти не смог, заявив, что мне чего-то не хватает. Правда я и так пребывал на "седьмом небе" от счастья. Уже с первым усилением я ощутил пробуждение однажды украденной способности... Ага, именно! Гетсуги Теншо! А на последнем усилении я осознал, что могу использовать серо оскурас такой силы, какую выдавал прежний я. Так что удрученность дракошки я не разделял.
Но после некоторых тестирований (никто не пострадал, атаки уходили в небо) я признал, что могло быть и лучше. Сразу десяти усилений подряд я мог набрать всего три раза, а потом мне требовался продолжительный отдых. Не сутки и даже не половину, но энное количество часов лучше все же отдохнуть, дабы не перегрузить организм. Да и если первую десятку мы с Драйгом выдали сходу, за десяток секунд (было забавно слушать, как перчатка бурчит знакомым голосом "усиляю"), то на второй заход мы потратили почти полминуты, а третий с трудом уложились в минуту. Мда... я ожидал, что я посильней буду. Зато огромная волна серо оскурас в небо явно подняла настроение приунывшему было ящеру.
Когда же я узнал, в чем было дело, выяснилось, что часть его носителей из людей выдавали еще более высокие результаты использования перчатки. Но тут возможно сказывается моя неполноценность или необычность тушки. А может мы просто не довели до совершенства нашу командную работу? Ведь они тоже не сразу выдавали свой результат в двадцать-тридцать усилений за раз.
Плюнув на все, я отозвал обмундирование, подправил свой вернувшийся в прежний вид фуллбринг и отправился домой, время то уже обеденное, причем из разряда "через пару часов можно уже и ранний ужин начинать".
Но когда я все таки вывернул на свою улицу (десять минут... И это с сонидо и ориентируясь по реацу!), то застал интересную картину - из моего дома выходила та, кому я строго запретил в ближайшие дни высовываться. Подавив в себе желание настучать одной монашке по черепной коробке, и повторяя словно мантру слова "я не бью женщин и детей", я отправился следом за беспечно идущей в центр города Асией.
