Во главе мира нового Американского Века должен быть чемпион свободной торговли во всем мире, который в первые послевоенные годы также однозначно выгодно отличался сильнейшей экономикой, т.е. Соединенные Штаты Америки. Как писал в конфиденциальном внутреннем меморандуме в 1948 году глава секции планирования Государственного департамента Джордж Ф. Кеннан: «У нас есть около 50% мирового богатства, но только 6,3% населения планеты… Наша реальная задача в предстоящий период заключается в том, чтобы выработать систему отношений, которая позволит нам сохранить это положение диспропорции без положительного ущерба нашей национальной безопасности» [2].
Ядром
Делегация США на переговорах в Бреттон-Вудсе в Нью-Гемпшире, возглавляемая заместителем секретаря казначейства Гарри Декстером Уайтом, продиктовала такую конструкцию МВФ и Всемирного банка, которая гарантировала, что оба останутся существенными инструментами «неформальной» империи США, империи, первоначально основанной на доверии, а после 1973 года - на долгах.
В 1945 году в центре внимания новой империи были Нью-Йорк и нью-йоркский Федеральный резервный банк. Соединенные Штаты держали подавляющее большинство мировых золото-валютных резервов. Послевоенный бреттон-вудский золото-валютный стандарт оказал исключительно благотворное влияние на доллар США, с того момента и по сей день являющийся мировой резервной валютой.
Все валюты стран-членов МВФ были жестко привязаны к стоимости доллара США. В свою очередь, доллар США, но только доллар США был жестко привязан к стоимости золота: 35 долларов США за одну унцию золота. По этой фиксированной ставке иностранные правительства и центральные банки могли обменивать доллары на золото.
Бреттон-вудские соглашения установили систему платежей, основанную на долларе, в которой все валюты определялись по отношению к доллару США. Это решение было гениальным и однозначно выгодным для формирующейся финансовой власти Нью-Йорка, банкиры которого активно участвовали в подготовке окончательных соглашений.
В те времена (в отличие от нынешнего года) доллар был «так же хорош, как золото». Валюта США была эффективной мировой валютой, стандартом, к которому привязывались все остальные валюты. Вследствие этого большинство международных сделок исчислялись в долларах США.
Начиная с 1945 года, сохранение роли доллара США в качестве мировой резервной валюты стало главной опорой Американской Века, даже более важной в стратегическом отношении, чем военное превосходство. История бесчисленных послевоенных военных конфликтов, финансовых войн, кризисов задолженности, а также угроза ядерной войны в наши дни являются летописью того, как до настоящего времени это превосходство доллара сохранялось.
Для того, чтобы понять революцию секьюритизации активов в глобальных финансах, которая после волны новых потрясений и неурядиц сейчас ввергает мировую финансовую систему в пучину, и оценить существенный вклад Алана Гринспэна в сохранение доминирующего положения доллара в качестве мировой резервной валюты далеко за пределы той точки, когда экономика США перестала быть самым продуктивным промышленным производителем в мире, является полезным краткий обзор ключевых этапов послевоенной гегемонии США.
На первом этапе, который мы могли бы назвать послевоенные "золотые годы", США вышли из пепла Второй мировой войны как неоспоримый мировой экономический колосс. США были
Когда различные европейские страны имели излишки резерва, они переводили их в доллары, а не в золото, поскольку могли получать дополнительный доход на долларовых активах, например, на облигациях Казначейства США, либо всегда могли конвертировать их в золото по 35 долларов США за унцию в тех случаях, когда это было необходимо. Американский доллар был центром этой системы.
