Темнота все более окутывала море, и все резче разгорались красноватые огоньки. Наконец мы различили узкие длинные лодки. На носу каждой лодки стоял человек; в одной руке он держал пылающий факел, а другой - длинную острогу. Огоньки зашевелились, быстро поплыли в разные стороны и потухли люди заметили нас.
Корабль приткнулся носом к обрывистому берегу. Наши моряки соскочили на землю и канатом прикрепили его к группе высоких пальм.
Софэр начал распоряжаться, точно он бывал уже здесь:
- Слушайте меня, мои друзья! Вы сделались врагами людей страны Канар. Не повторите той же ошибки! Здесь живут люди с сердцами чистыми, как у детей. Чтобы подружиться с ними, нам нужно не напугать их. Вы видите следы костра. Разведем огонь, начнем варить себе пищу и споем песню, а песня призовет к нам жителей этого острова.
Все спустились на берег, полные недоверия к таинственным людям, боясь их нападения. Несколько костров запылало. Усевшись вокруг, мы все запели старинную песню моряков*:
Веселый и смелый, свой дом покинул я
За знойные пределы, за скрип корабля.
"Прощай, жена, да помни! Прощай, малютка сын!"
Дом скрылся за знакомым золотым песком косы.
Нас трепали смерти. Трещал корабль.
У каждого на сердце - голодный краб.
Девять долгих лет, как девять валов,
И каждый рассвет был тревогами нов.
И пришел я из пучин голубых ночей,
Близ дома, так же чист, все журчит ручей.
Красавец на пороге не узнал старика:
"Эй, мать! Оставь тревоги! Расспроси моряка!
Отец ушел в дали, за жгучие моря.
Живем давно в печали и я, и мать моя".
Девять матросов, верней руль держи!
На сердце грузом былой простор лежит.
Эй ты, отпетый! Вперед, простак!
За буйные ветры, за скрип в бортах!
_______________
* Стихи А. П е т р о в а.
Песня неслась в тихом воздухе и эхом отдавалась в береговых скалах, где в красном свете костров показались люди с длинными белокурыми волосами, падающими на плечи, в коротких одеждах из козьих шкур. Они осторожно и с любопытством приближались к нам. В их руках были камни, дубины и копья с костяными остриями.
Все мы продолжали петь, как будто их не замечая. Островитяне подошли еще ближе, и один старик, с голым черепом и маленькой лохматой седой бородкой, выступил вперед; протянув руки, он пошел к Софэру.
Софэр сделал несколько медленных шагов ему навстречу, и оба, взявшись за руки, смотрели друг другу в глаза. Софэр указал на наших путников, сидевших неподвижно, и сказал: "Бени-Анат". Старик посмотрел на Софэра, на наших людей, видимо обдумывая; потом, указав на своих островитян, сказал: "Уанчи".
Софэр повернулся к нам:
- Эти люди зовутся уанчи.
Островитяне подошли еще ближе и расположились кругом на камнях, наблюдая за нами. Софэр и старик уанчи уселись около огня и начали по очереди говорить, внимательно вслушиваясь в слова. Бигвай стоял поблизости и сказал Софэру:
- Язык этого старика немного похож на язык берберов. Я понял, что он спрашивает: откуда ты родом и зачем мы приехали сюда, на остров.
Тогда Софэр попросил Бигвая поговорить по-берберски. Старик уанчи оживился, услыхав речь Бигвая. Все остальные уанчи вскочили, быстро заговорили между собой, брали руки Бигвая и клали их себе на головы.
- Они говорят, что я их брат.
На корабле оказалось еще несколько человек, говоривших по-берберски. Они ласково беседовали с островитянами и старались им объяснять все, о чем те спрашивали. Сперва уанчи всего пугались, осторожно дотрагивались до стенок корабля и отдергивали руки, точно обжигаясь. Потом они стали смелее, измерили шагами длину корабля и очень ему удивлялись, говоря, что не могут построить такого, а умеют изготовлять только лодки, обтянутые кожей.
Скоро все уанчи ушли. У нас всю ночь горели костры, и корабль, на случай тревоги, был готов к отплытию. Но все было тихо и спокойно. Только вершина горы курилась дымом, который иногда вспыхивал багровым отблеском. Тогда раздавался отдаленный гром, и земля вздрагивала.
8. НАДО СПРОСИТЬ ПРЕДКОВ...
Утром уанчи вернулись и принесли финики, бананы, овечье молоко в выдолбленных тыквах и свежую рыбу.
Старик уанчи предложил пойти вместе с ним поклониться покровителю острова. Софэр условился с Бен-Кадехом, что все наши товарищи будут наготове помочь нам, если мы к вечеру не вернемся. Софэр, Бигвай и я пошли за старым уанчи по скалистой тропинке. Везде валялись куски красных и черных камней, выброшенных огнедышащей горой. Видны были потоки причудливо застывшей лавы с множеством пещер. Всюду подымались цветущие деревья, огромные агавы, кусты лапчатых кактусов и много дикого винограда, обвившего стволы деревьев.
