Она сняла пальцами нагар с сальной свечи, иначе та начинала трещать и чадить. Специальных щипчиков у нее нет и в помине, но Вероника наловчилась делать это пальцами с такой ловкостью, что никогда не обжигалась.
Коридорный принес ей горячего чаю и сайку. Это весь ее обед и ужин.
Но она берется за роль. К этому ее приучила Полина Аркадьевна. Что бы ни случилось, как бы плохо себя ни чувствовала, возьмись за роль, и все как рукой снимет… И этот завет великой актрисы, которую Вероника почитала более родной матери, она неукоснительно выполняет.
Сегодня из-за кулис она наблюдала репетицию «Гамлета», ее любимого спектакля. Как они мечтали с Полиной Аркадьевной, что она сыграет Офелию! Они выбрали эту роль для дебютного спектакля. Усиленно репетировали. Но внезапная смерть Муромцевой разбила все ее надежды вдребезги!
Вероника до сих пор не могла поверить, что Полина Аркадьевна приняла яд намеренно. Неужто она предала свою воспитанницу так безжалостно, накануне самого счастливого дня в ее жизни — выхода на сцену театра?
Ведь они так ждали этого часа! Сколько сил и нервов потратила сама Полина Аркадьевна на уговоры директора театра и режиссера, чтобы добиться дебюта своей воспитанницы! И вдруг этот неожиданный визит Булавина!.. И внезапная, страшная, необъяснимая смерть ее благодетельницы!
Вероника в отчаянии покачала головой, отгоняя видение мертвого лица Полины Аркадьевны. Исказившая прекрасное лицо актрисы мучительная гримаса являлась ей во снах и наяву и чуть не довела до сумасшествия.
Потом ей указали бабку, которая снимала порчу и выливала на воск. В руки бабки уплыли последние деньги, но после этого Вероника стала спать ночами и не слышала более голоса Муромцевой, который ранее чудился ей.
То он окликал ее из коридора, то из-за кулисы театра, а то на улице, из-за спины…
Со временем она научилась держать себя в руках и не позволяла ни на йоту отступить от намеченной цели.
Она все-таки станет актрисой. Пусть не сейчас, пусть через год или через два, но счастье улыбнется ей. А то, что происходит с ней сейчас, всего лишь испытание ее терпения, ее веры, ее сил. Ничего, она все стерпит, все выдержит… А пока… Вероника вздыхает и раскрывает тетрадку с ролью.
Как сегодня чопорно и бесстрастно вела эту роль актриса Буранова. Офелия у нее — слабая, беззащитная девушка, которой все помыкают. Она теряет рассудок, потому что Гамлет убил ее отца. С ее живым нравом, кипучей энергией, с нераскрытой еще страстностью Вероника просто не верит в подобных девушек. С ума не сходят от смерти отца или потери близких. Иначе мир давно бы превратился в сплошное кладбище или в сумасшедший дом. Но потерять человека, любовь которого составляет смысл всей твоей жизни… Утратить надежды на счастье… Разве это не трагедия? Ведь только любовь — единственный смысл бытия для всякой женщины! Ее самая заветная, самая сладкая греза, зачастую несбыточная мечта.
Вероника смотрит в темнеющее незашторенное окно, уронив руки с тетрадкой на колени. Она не понимает, что, еще не ступив на сцену, уже пытается найти свой собственный, никем не проторенный путь. И даже в роли Офелии ищет и находит прежде всего себя.
Да, у Офелии, как и у нее, свои страсти, свои желания, свои грезы. Ее счастье — Гамлет, а где спрятано Вероникино счастье, об этом не знает никто. Офелия — вполне земная девушка. Она отлично понимает двусмысленность всех непристойных острот, в которых изощряется Гамлет. У нее простой и тоже земной идеал счастья. Она живет его ожиданием, бессознательно надеется на ласки Гамлета. И когда гибнет всякая вероятность счастья, гибнет и Офелия. Если б она была равнодушна, бесстрастна и холодна, какой ее пытается сыграть Буранова, она не смогла бы так болезненно реагировать на удары судьбы.
Вероника невольно увлекается и забывает, что находится сейчас в гостинице, что вокруг люди, что уже поздно. Ее голос звенит от скрытых слез и прерывается от судорожных спазмов…
В дверь стучат, и она словно падает с высоты…
— Что такое? — спрашивает она с недоумением, когда лохматая голова коридорного просовывается в приоткрытую дверь.
— Потише просят, — говорит он виноватым тоном. — Помещица в десятом нумере с мигренем лежит.
Вы забыли, после девяти вечера шуметь не дозволяется.
— Неужели так поздно? — удивляется она и смотрит в окно. На дворе непроглядная тьма. Улица озаряется лишь светом, падающим из окон гостиницы и трактира. Жильцы доходного дома давно уже спят. Фонарей в подобной глуши отродясь не бывало.
Что ж, ей тоже надо спать… Завтра ей предстоит трудный день. Примерка платьев к премьере. Через неделю открытие нового театра, только без Полины Аркадьевны… И одну из ее любимейших ролей сыграет пустоголовая Буранова, одна из первейших врагинь и завистниц Муромцевой. Справедливо ли это?
