Можно по-разному относиться к этому абрамовскому сомнению: ругать за проявленное малодушие, за то, что у него вообще возник такой вопрос (а может быть, кто-то внушил?), если он любил и доверял человеку, любящему его. Ах уж эта врождённая абрамовская склонность к сомнениям! Сомневаться во всём и всегда! Сколько всего недоброго натворила ему эта коварная черта его характера.
Другое дело, что Абрамов не выяснил всех обстоятельств рождения Саши раньше срока, но то, что после его появления в какой-то момент он принял его и даже просил Нину отдать его ему на воспитание, уже говорит о многом. И об этом в её другом письме. Впрочем, этим письмом Нина ещё больше отдалит Фёдора Абрамова от Саши, окончательно отказав ему во встрече с ним и посеяв в Абрамове ещё больше сомнений в том, что Саша его сын.
«Здравствуй, Фёдор!
Получила твоё письмо, и ты напрасно оговариваешься в неаккуратности переписки с нами. Всё закономерно. Теперь в отношении твоей встречи с сыном. Ты, очевидно, думаешь: во имя своего благополучия не разрешаю встречу с Сашей, но это не так, о себе я не думаю.
<…> …раньше просил себе на воспитание.
Учитывая всё прошлое, о себе я не распространяюсь и ни на какие встречи не рассчитывала.
Сейчас, поскольку в письмах просишь разрешить встречу с Сашей, я обязана поставить тебя в известность, Саша с декабря 1951 года твоё имя не носит (что имела в виду Нина – фамилию или отчество, неизвестно. –
(Мама в Соколе жила до 1949 года.)
Я вышла замуж в конце 1946 года, у меня есть дочь (1/IX–1947 г. рождения), похожая в основном на меня, учится в 6-м классе, музык. школе – 4 кл.
Так что у меня двое больших детей, а у Саши сестрёнка Вера.
Тебе, конечно, хочется посмотреть Сашу, а ведь мне нужно его растить, воспитывать. Допустить, чтобы ребёнок двоился, мы не должны. Саша очень нервный. С учёбой полный провал – остался на второй год.
Плохо у него с русским языком и арифметикой. От репетиторов отказался. Мне пришлось его предупредить, если бросит школу – будет работать и учиться. Сейчас учится, занимается спортом (теннис, хоккей), увлекается шахматами, бильярдом и очень много читает.
Бывают случаи, вызывают меня в школу, грубит учителям. Своих планов у Саши, по-моему, нет – или не хочет о них говорить, так как с учёбой неважно.
Стал замкнут. По окончании семилетки, если будет на базе семилетки техникум, попытаемся поступить – строительный или металлургический (на Украине – Кривой Рог или Никополь).
Там живут наши родственники.
Ты, очевидно, подумаешь: с вашими успехами только в учебные заведения поступать, но мы придерживаемся пословицы: “Плохой солдат тот, который не мечтает стать генералом”.
А может быть, поймёт, будет заканчивать 10-ку, пусть учится – буду только рада. Он мне дорог вдвойне, и пусть будет здоровым.
Все свои годы посвятила детям, работе, лишая себя годами даже кино. Для них я и мама, и папа. Жить с человеком, к которому не питаешь никаких чувств – пытка. У детей авторитетом не пользуется. И я решила остаться одна с детьми. Отдыхали мы 2½ месяца. Были в Кисловодске (в санатории им. Орджоникидзе), а мама с детьми в Пятигорске.
По воскресеньям приезжала к ним.
Не получив от тебя письма, 20/VII выехала в Никополь.
Через 26 лет мы (я и Надя) встретились с двумя родными тётями (по отцу), с дядей (по маме), с несколькими двоюродными братьями и тремя сёстрами. Возраст их 32–41 год.
С одним братом мы очень похожи.
Все живут хорошо, у некоторых свои кирпичные дома, сады. Все нам уделяли максимум внимания, а Саша их очаровал, он же такой высокий, как и его дяди.
А вообще он вежлив и милый мальчик.
Выезжали в Кривой Рог и Херсонскую область. Места хорошие, переехать на постоянное место жительства сейчас пока не могу.
В Никополе Каховское море – купались, загорали. Отдохнули очень хорошо, с приездом в Воркуту опять чувствую себя скверно.
Может быть, я долго не поживу, но довольна, что у меня двое детей в жизни, хотя они не будут одиноки.
Мне очень больно было за Сашу, и написала тебе в основном маршрут нашего отдыха, надеясь, ты встретишься в Пятигорске и поговорим, мне хотелось поделиться своим горем, но ты обиделся, у тебя работа.
В этом письме ответила на все твои письма.
Так что одного моего желания мало. Получила от Марии Александровны (сестра Фёдора Абрамова – Мария. –
Просит, чтоб Саша сам написал письмо тёте Маше и приглашает на зимние каникулы приехать к дяде Васе или в Архангельск.
Тебе желаю доброго здоровья.
С приветом,
2.12.1959 года».
Что́ мог почувствовать Абрамов, получив такое письмо от Нины? Разочарование? Ещё больше укрепившееся в нём непонимание? Обиду и отречение от того, о чём хотел знать правду? Можно ли винить его за это? А стоит ли?!
