Новгородцы проявили завидное упорство в своём стремлении к вольности и самостоятельности, что ярко проявилось в создании независимой Новгородской республики и деятельности народного собрания — вече, обладавшего широкими полномочиями, которые вполне можно назвать демократическими. Не ступал на новгородские земли и «тупой башмак скуластого Батыя»[42], поэтому здесь, в отличие от многих русских княжеств, подвергавшихся частым ордынским набегам, быстро распространялась письменная культура, что подтверждает большое количество найденных берестяных грамот. По свидетельству летописца, ещё в 1030 году князь Ярослав
Надеемся, что это небольшое историческое отступление поможет читателю немного глубже заглянуть во внутренний мир нашего героя и разобраться в некоторых довольно неординарных событиях, которыми отмечена его биография.
Однако вернёмся к хронологической канве нашего повествования.
Красноармеец-кавалерист Логинов начал воевать на Восточном фронте в составе 1-го Уральского полка 30-й стрелковой дивизии 3-й армии в разгар ожесточённых боёв за Кунгур и Пермь, в тот период, когда 30-й дивизией командовал прославленный полководец Гражданской войны, будущий Маршал Советского Союза Василий Константинович Блюхер.
То, что Логинову довелось «понюхать пороху», сомнений не вызывает. Сын Блюхера, Василий Васильевич, много лет отдавший изучению боевого пути отца, написал книгу, в которой посвятил 1-му Уральскому полку большую главу, основанную на воспоминаниях бывших его краскомов[43] и сохранившихся документальных материалах. О многом говорят воспоминания командира полка Я. М. Белощёкова: «1-й Уральский стрелковый полк 30-й дивизии был одной из тех боеспособных частей Красной Армии периода Гражданской войны, которые стойко защищали Советскую власть, самоотверженно дрались за неё. В его истории не было такого случая, когда бы он, не выдержав напора противника, бежал с поля боя. Этого за полком не водилось. Напротив, действуя в обороне, он сам обращал в бегство атакующего противника. Начав же наступление, не останавливался до тех пор, пока не достигал указанной старшим командованием цели»[44].
На Восточном фронте Логинов вступил в РКП(б) — понятно, что в разгар боевых действий кого ни попадя в партию не принимали. О том, что за ним утвердилась репутация надёжного и грамотного бойца, свидетельствует его назначение летом 1920 года политруком роты 77-го полка 9-й стрелковой дивизии 13-й армии Юго-Западного фронта, противостоявшей так называемой Русской армии Врангеля. Хорошо известна оценка, которую дал действиям частей 9-й дивизии, отразившей попытки Врангеля вырваться на оперативный простор Правобережной Украины, командующий фронтом М. В. Фрунзе: «На долю войск 9-й стрелковой дивизии выпала ответственная задача прикрыть грудью подвергавшийся угрозе разрушения врагом Донецкий бассейн, этот источник света и тепла для всей страны. Полки дивизии, выдержав ряд ожесточённых боёв с бешено рвавшимся вперёд противником и невзирая на крупные потери, свою задачу доблестно выполнили. Рабоче-крестьянская республика может гордиться такими своими защитниками. Пока в рядах Красной Армии будут такие геройские полки, как 77-й, лёгший костьми на поле брани, но ни пяди не уступивший врагу, — она будет непобедима»[45].
Все, даже те, кто не служил в армии, хорошо знают, что политрук несёт ответственность за состояние воспитательной работы в подразделении. Доходчиво растолковать красноармейцам текущую политическую обстановку, увлечь их словом, вдохновить перед боем, вовремя поддержать способен только человек грамотный и, как тогда говорилось, «политически подкованный», пользующийся уважением личного состава. А завоевать это уважение можно только одним способом — быть для других примером в бою.
