Воцарилась тишина. Царила она около минуты. Потом присутствующие взорвались громогласным «УРА!» и зазвенел метал кубков и хрусталь бокалов. Музыка заиграла громче и интенсивней (музыканты явно очень старались поддержать величественную агрессивную атмосферу). Все принялись за угощения, особенно народ налегал на мясо. На сцене разыгрывались некоторые события войны той или иной важности, а вокруг столов звенели шуты, мелькая в акробатских пируэтах. Все что-то бурно обсуждали.
Ваня снова сел на трон и загрустил.
– Что-то не так?– спросил Ририх.
– Жаль Эмми не с нами. Она бы произнесла речь лучше.
– У вас тоже очень неплохо получилось. Я думаю, вы сказали им именно то, что они хотели слышать. Посмотри, как ты поднял им дух.
– Именно. То, что они хотели слышать. А Эмми всегда говорила так, чтобы все слышали то, что она хотела. К чёрту! Пойдём веселиться!
Иван сорвался с трона и быстрым шагом приблизился к музыкантам, заказал что-то для души, а когда они начали играть – пустился в пляс, агрессивный и величественный, очень убедительно топая ногами и тряся головой. Вскоре вокруг него собралось внушающее число воинов, повторяющих за ним танец безумца. Они прыгали друг на друга, разбрасывали по сторонам пот, срывающийся с лиц, волос и одежды, выкрикивали непонятные рычащие слова и закатывали глаза.
Ририх так и сидел по левую сторону трона. Сарэм так и сидел по правую.
– Совсем наш Ианушка свихнулся на нервной почве,– сказал, сидящий слева.
– Ты прав,– сказал, сидящий справа,– Что делать-то будем?
– Пока ничего. Подождём, перебесится. И вояки его эти тоже перебесятся. Сейчас напьются, мозгами потрясут, а на утро лишние части мозга выйдут в туалете, и то, что тряслось, займёт единственно верное положение.
– Боюсь, что такими темпами весь мозг превратится в кашу и выйдет наутро в туалете. Нам действительно, нужна война. И нам нельзя ждать десять лет. Без войны Ваня совсем свихнётся. Там он хотя бы об Эмми думать не будет.
– Ты прав Сарэм, прав. Как бы не пришлось снова вызывать дьявола…
***
Истекающий потом и излучающий вихрь ароматов алкогольных напитков, он плюхнулся за общий стол, протягивая руки к очередному бочонку с вином. Но тут он увидел его. А он, он танцевал с ней. Одним махом Правитель перепрыгнул стол и подскочил к танцующим. Кулак врезался в лицо ухожора, выбивая челюсть из положенного места. Девушку он взял за плечи, сжимая кисти рук со всей силой, на которую был способен, и принялся рассматривать лицо.
– Больно, болван! Ты мне сейчас мясо вырвешь!– завопила девушка.
– Попалась! Смотрите все! Я поймал её,– кричал Ваня,– поймал! Смотрите!
Снова воцарилась тишина. Все смотрели на Эмми, пойманную её мужем.
– Что я сделала?– взмолилась ничего не понимающая девушка, за что?
– Эмми, ты не узнаёшь меня?– по щекам Ивана текли слёзы,– это же я, муж твой! Как? Я думал, что ты умерла. А ведь тебя не хоронили. Твоё тело исчезло сразу после смерти. Ты говорила, я помню, говорила, что ты растворишься, когда умрёшь. Но я не верил,– он елозил своими ручищами по всем местам бедной девушки, обнимал, прижимал к груди и плакал,– и правильно делал, что не верил. Ведь ты здесь, со мной. Что случилось, Эмми, почему ты захотела исчезнуть? Десять лет! О Боги!
– Да уберись ты от меня!– особь женского пола поступила весьма по-женски, ударив обидчика сначала между ног, а потом с колена по подбородку. Тот приземлился на землю и заснул,– алкоголик! Это же надо!
– Пойдёмте, отойдём,– Ририх уже подкрался к обезвредившей Ивана, взял за локоть и жестом показал на балкон.
– А тебе-то что надо? Тоже поспать захотелось? Никакая я к чёрту не Эмми.
– Конечно, не Эмми, пойдёмте на балкончик, покумекаем. Вы, кажется, не понимаете, как вам повезло. Ну, так, как? На пару слов. Уверяю, я не отниму у вас больше пяти минут,– Ририх тянул за локоть всё настойчивей.
– Хорошо, не более пяти минут,– согласилась девушка.
– Для начала, как Вас зовут?
– Я, я,– она замялась.
– И? Я услышу ваше имя?
– А меня накажут, да? Ведь я самому Правителю врезала…
– Нет, что вы? Он пьян и заслужил это. Просто, понимаете, вы очень похожи на его покойную жену, Эмми.
– Неужели я так плохо выгляжу?
– Я совсем не то имел ввиду. Присаживайтесь,– Ририх указал на кованую скамейку, расположившуюся по правую сторону балкона. Девушка присела. Он сел рядом,– У нашего Правителя была жена. Её звали Эмми, в её честь назван этот замок и, по большому счёту, вся Империя. Так вот, Вы очень похожи на неё.
– Правда? Похожа? Нет, это она на меня похожа.
– Допустим. Но вы не знаете, кто такая Эмми, судя по всему, вы не местная. Откуда вы здесь и как оказались на балу?
– Это бал? Ха! Это не бал, а какая-то звериная пьянка, шабаш, разве, что не голые все бесятся, а до оргий, вон, чуть было не дошло!
– Согласен, не хорошо получилось. И пили сегодня много, да. Вели себя непристойно. Но Вы мне так и не сказали, откуда вы?
– Как откуда, отсюда. Вам документ опознавательный показать? Смотрите,– девушка достала из корсета бумагу и протянула вопрошающему. Тот взял её в руки, развернул и принялся читать.
