Да, Джеймс Марчи написал так, мысленно согласился Клайд Тальбот; можно ли было, впрочем, предполагать иначе, зная Коротышку, зная его безграничную доброту и любовь к людям, стремление отдать каждому то лучшее, что он носил в себе, — глубокое и искреннее стремление, которое сказывалось во всем, что он делал? Дорогой Коротышечка, как же бесконечно жаль, как убийственно плохо, что мы теперь должны решать судьбу твоего открытия без тебя!.. И Клайду на мгновение даже почудилось, что все это только дурной, страшный сон, что Джеймс-Коротышка сейчас откинет снаружи полог палатки, войдет сюда и скажет своим мягким голосом, пощипывая бородку и поблескивая стеклами круглых очков, какие-то очень убедительные слова, от которых все сразу станет ясным и определенным, и не нужно уже будет ломать голову и решать, что делать дальше с его космической плесенью… О Коротышечка, как же мы тебя не ценили раньше! И неужели только тогда начинаешь отчетливо понимать изумительные черты характера человека, когда он навсегда уходит от тебя и от всей жизни?..
Но полог палатки оставался закрытым, и только холодный неуемный ветер трепал его снаружи судорожными усилиями, от которых ткань вздувалась и напряженно дрожала, как туго натянутый парус.
Клайд отвел глаза от входа в палатку. Его задумчивый взгляд встретился с ожидающим, полным нерешительности взглядом Мэджи, в глазах которой он угадывал все те же мучительные вопросы, стоявшие и перед ним. Может быть, лишь для того, чтобы оттянуть время решительного ответа Фреду, он спросил у нее:
— А вы, Мэджи? Почему вы не говорите ничего о планах Фреда? Как вы относитесь к ним?
Фред Стапльтон недовольно пробормотал что-то невразумительное. Можно было понять лишь то, что он по-прежнему продолжал неодобрительно относиться к странному, с его точки зрения, настойчивому желанию Клайда Тальбота привлечь девушку к участию в решении вопроса, касавшегося только их двоих. Мэджи почувствовала это и уклончиво ответила:
— Ведь я в этом ничего не понимаю, Клайд. Вам лучше решать это без меня. Наверно, Фред знает то, о чем говорит…
— Еще бы мне не знать! — самодовольно заявил Фред Стапльтон: почему-то он опасался, что Мэджи отрицательно отнесется к его затее. Ну ладно, отметил он, с этой стороны все благополучно. — Итак, Клайд?
— Что ж, можешь действовать, — не слишком охотно согласился тот. — Правда, я не особенно верю, что у тебя все пойдет так гладко, как ты предполагаешь. Но, в конце концов, это твое дело.
— Положим, не только мое, а и твое тоже, — многозначительно ответил Фред Стапльтон. Но он был так доволен удовлетворительным исходом своей беседы, что но стал больше доказывать очевидную для него правильность последнего утверждения.
После невеселого обеда, во время которого Мэджи преимущественно молчала, Клайд лишь изредка вставлял свои замечания, а разговаривал только Фред Стапльтон, развивая безудержные планы того, как он завоюет рынок новым препаратом из космической плесени. Возник вопрос, поставленный все тем же Фредом: как поступать дальше с метеоритом, все еще лежавшим на берегу горной реки у подножия кедра?
— Конечно, он сам по себе не изменит своего положения, — рассуждал Фред, жестикулируя сигаретой. — Да, кроме того, к нему никто и не подойдет, это тоже ясно, Всех отпугнет запах плесени. Ну, а если, например, его снесет вода, течение реки, которая уже и сейчас, до дождей, стала намного более бурной?
Он взглянул на серое небо, по которому бесконечной чередой ползли тяжелые облака. Ветер, хотя и заметно утих на поверхности земли, все же, вероятно, оставался таким же сильным наверху; об этом свидетельствовало и то, что облака шли в несколько слоев, тяжелые тучи двигались медленнее, а над ними — это было видно в просветах — мчались более легкие, разорванные ветром на беспорядочные, бесформенные обрывки.
— Вода в реке прибыла потому, что в горах, наверно, прошли дожди, — заметил Клайд. — Мне говорили, что этот ветер с гор обязательно должен принести дождь и сюда, в долину.
— Вот этого я и. опасаюсь, — озабоченно сказал Фред. — Начнутся дожди, воды еще прибудет… а метеорит лежит вблизи реки. А что, если его смоет, как обычный валун? Ты знаешь, какими сумасшедшими бывают горные реки? Нет-нет воды в нормальное время, а потом целое наводнение… Чертовски жаль все-таки, что ты сжег плесень в блюдцах, Клайд, — снова огорченно сказал он, но сдержавшись.
Клайд Тальбот сердито огрызнулся:
— Опять, Фред? Сколько можно повторять одно и то же? Сжег, ну и конец. Все! Ей-богу, ты делаешься совершенно нетерпимым, после того как тебе пришла в голову твоя затея. Перестань!
Фред обиженно замолчал. Но только на минутку, потому что он тут же обратился к Мэджи, безучастно смотревшей в сторону:
— Когда за тобой приедет твой шофер?
— Завтра, — недоумевающе ответила она. — Завтра утром, как мы и договорились. А что?
