— Тетя Таня! Тетя Таня, мы здесь!! — Откуда-то из-за металлической ограды огороженного пляжа санатория «Бригантина» вынырнул маленький Мишка и помчался ей навстречу. — Идите к нам, мы вас ждем!
— Чего так долго? — сразу подозрительно прищурился Володя.
— Знакомилась с соседями. — Татьяна скинула сарафан и начала мостить вдоль ограждения свой тростниковый лежак.
— С которыми из них? — Вика подняла голову с надувного матраса. — С москвичами?
— Если бы! — Татьяна осторожно улеглась. — С Андреем и Анжелой бог сподобил меня сейчас свести.
— Ух ты! — присвистнул Володя. — И как? Как они тебе?
— Ты знаешь… — Татьяна сонно прикрыла глаза, пристраивая на голове легкую белую кепочку. — По-моему, они идиоты! Оба!
— Точно! — обрадовалась Вика, найдя в ее лице понимание, мгновенно успокоилась и снова упала лицом в пухлый резиновый подголовник.
— Идиоты и извращенцы еще, мне кажется. Такое вытворяют!
— Что, опять без трусов? — шепотом поинтересовался Володя, опасливо покосившись в сторону жены. — Анжелка опять без трусов на балкон вышла?
— Уж не знаю, было ли на ней белье, нет, но что без мозгов она туда вышла — это точно.
И Татьяна подробно рассказала о том, что произошло, пока их не было в гостинице. Потом они по очереди купались, пили молочный коктейль в кафешке на пляже, снова загорали и купались, вернулись в гостиницу ближе к вечеру. Поужинали внизу и без сил упали каждый в свою кровать, договорившись назавтра сократить время пребывания на пляже, чтобы вечером остались силы выйти в город. Ни Анжелы, ни Андрея, ни зрителей из мужчин замечено не было. И говорить о них как-то очень быстро они перестали, без конца планируя, планируя каждый день и каждый час предстоящего общего отдыха.
Утро началось с дикого рева за стенкой. Ревел Мишка. У него обгорели плечи, он плакал, стонал и метался. У него поднялась температура, и Володька, переполошившись, как все заботливые отцы, больше матери, решил отвезти его в областной медицинский центр.
— Мало ли что! — вытаращил он на Татьяну глазищи, когда она попыталась предложить ему намазать Мишке спину и плечи обыкновенной сметаной. — Вы себе с Викусей можете этой сметаной все себе вымазать, пацана не дам! Вика, ты едешь со мной или нет?!
Конечно, Вика поехала, попробовала бы не поехать, и старшего Сашку Татьяне на попечение не оставила.
— Ты отдыхать приехала, а не с чадами моими нянчиться, — пробормотала она со вздохом, поцеловала в щеку и помахала рукой на прощание. — Отдыхай здесь, за нас не переживай. Пускай Володька спустит весь свой отцовский пар, пускай. Мы ведь, матери, не понимаем того, что понимают отцы!
Она рассмеялась и поспешила к машине, откуда уже нетерпеливо сигналил Володя. Татьяна осталась в одиночестве. Она позавтракала, снова, как и вчера, отмечая напряженное мужское ожидание, дождалась и сама выхода Анжелы на балкон. Удостоверилась, что белья на ней нижнего действительно нет, причем просматривалось все очень отчетливо и провокационно, как тут женам было не психовать. Походя заметила, что сегодняшний выход главной героини импровизированного порнографического спектакля аппетита никого не лишил, даже сердитый Евгений заказал и съел двойную порцию пельменей, два компота и порцию вареных сосисок. С таким же точно, что и вчера, рвением одна из москвичек вычерпывала манную кашу из глубокой плошки, точно так же украдкой подглядывала за распутной дрянью, и точно так же что-то такое нехорошее и порочное носилось в ее глазах.
Татьяне вдруг сделалось скучно, и она решила сегодня, как и вчера, весь день провести на пляже. Выход в город вряд ли случится, поскольку Мишка прихворнул, а Володька при этом ведет себя хуже, чем больной. Так что…
— Татьяна, — сказал Андрей, а это именно он остановил ее на лестничной площадке, выложенной очень красивой мраморной плиткой, между вторым и третьим этажами, — вы идете на пляж?
— Да, иду, — кивнула она, почувствовав невероятное волнение от прикосновения его пальцев к своему запястью. — Вы что-то хотели?
— Да. Я хотел бы пойти с вами, — ответил он прямо, пристально глядя ей в глаза. — Это возможно?
— Да, почему нет. Только как к этому отнесется Анжела? — произнося ее имя, Татьяна быстро глянула наверх, не маячит ли где стройный силуэт голозадой истерички. — У вас могут быть проблемы, Андрей.
— Плевать! Мне давно уже плевать, понимаете! Я устал! Очень устал от нее, от всего того, что между нами происходит. Она просто… Она просто ненормальная какая-то! Заводится от того, что ревнует! Что устраивает мне сцены. Это ей нравится, представляете! А потом лезет мне в штаны, уж простите, но вы вчера ведь все слышали, когда уходили, так?
— Да, так, — не стала Таня отрицать.
— Она тащит меня в кровать, получает удовольствие и затем снова по кругу. Я устал! И я решил…
