— Похоже, нас засекли. Только что какая-то темная личность прошла мимо витрины и заглянула внутрь. Слушай, Митч, слушай меня внимательно. Сейчас мы с тобой выйдем на улицу, и в тот момент, когда мы окажемся в дверях, ты отпихнешь меня и заорешь, чтобы я убирался к чертовой матери. Я сделаю вид, что хочу ударить тебя, и ты побежишь в сторону фирмы.
— Ты хочешь, чтобы меня убили, Тарранс.
— Делай, что я говорю. Как только ты вернешься в фирму, ты тут же расскажешь о случившемся компаньонам. Скажешь им, что я загнал тебя в угол и ты почел за благо унести ноги.
Митч толкнул его даже сильнее, чем требовалось, крича:
— Убирайтесь к дьяволу! Оставьте меня в покое!
Изо всех сил он бросился бежать по Юнион-авеню и только у самого здания фирмы перешел на шаг. Зашел в туалет на первом этаже, чтобы перевести дух. Пройдя к зеркалу, Митч смотрел на свое отражение и тяжело дышал.
Эйвери разговаривал по телефону, на панели которого мигали две лампочки. На диванчике устроилась секретарша с блокнотом, готовясь принять на себя лавину команд. Митч посмотрел на нее и произнес:
— Пожалуйста, выйдите. Мне необходимо поговорить с Эйвери наедине.
Она поднялась; Митч проводил ее до выхода и запер дверь.
Эйвери окинул Митча внимательным взглядом и положил трубку.
— В чем дело?
Митч стоял у диванчика, на котором только что сидела секретарша.
— Меня подкараулило ФБР, когда я выходил из Налогового суда.
— Дьявол! Кто это был?
— Тот же самый агент. Тарранс.
Эйвери вновь поднял трубку, продолжая говорить.
— Где это случилось?
— На Аллее, точнее, в северной части Мэйн-стрит. Я шел по тротуару, занятый мыслями…
— Это впервые после той встречи?
— Да. Я и узнал-то его не сразу.
Эйвери заговорил в трубку.
— Это Эйвери Толар. Мне необходимо немедленно поговорить с Оливером Ламбертом. Меня не интересует, что он разговаривает по телефону. Соедините меня с ним, и немедленно.
— Что происходит, Эйвери? — спросил его Митч.
— Привет, Оливер. Это Эйвери. Извини за то, что перебил твой разговор. У меня здесь сидит Митч Макдир. Несколько минут назад, когда он возвращался из здания суда, на Аллее к нему прицепился фэбээровец… Что? Да, он пришел ко мне в кабинет и рассказал мне об этом… Хорошо, будем через пять минут. — Он положил трубку. — Успокойся, Митч. Такое случалось и прежде.
— Я знаю, Эйвери, но это же бессмыслица! Почему они вцепились в меня? Я же здесь самый неопытный.
— Это запугивание, Митч. Примитивное и явное. Обыкновенное запугивание. Садись.
Митч подошел к окну и стал смотреть на видневшуюся вдали реку. Эйвери — хладнокровный лжец. Сейчас начнется кропотливое выяснение всех обстоятельств. Успокойся, Митч! Успокойся? В то время как фирмой занимаются восемь агентов, и сам директор ФБР мистер Дентон Войлс ежедневно лично справляется о ходе операции? Успокойся? Тебя только что поймали беседующим с агентом ФБР в мелочной лавке. Шепчущимся! А сейчас тебе придется прикинуться ничего не соображающей пешкой, за которой охотятся самые темные силы федерального правительства. Запугивание? Тогда зачем от фирмы до суда тебя сопровождал еще один тип? Ответь-ка на это, Эйвери.
— Ты напуган, не так ли? — Эйвери положил свою руку ему на плечо.
— В общем-то, не очень. В прошлый раз Лок мне все объяснил. Мне просто хочется, чтобы они оставили меня в покое.
— Все это гораздо серьезнее, Митч. Не стоит их недооценивать. Давай-ка зайдем к Ламберту.
Следом за Эйвери Митч отправился в угловой кабинет, принадлежавший Ламберту и находившийся в противоположном конце коридора. Дверь им открыл незнакомый человек в черном костюме. У небольшого стола стояли Ламберт, Натан Лок и Рейс Макнайт. Как и в прошлый раз, на столе находился магнитофон. Митчу предложили сесть поближе к нему. Напротив уселся мистер Черные Глаза.
Лицо его несло в себе угрозу, когда он заговорил. Улыбок в комнате вообще не было.
— Митч, виделся ли ты с Таррансом или еще с кем-либо из ФБР после первой встречи в августе?
— Нет.
— Ты в этом уверен?
Митч хлопнул ладонью по столу.
— Черт побери! Я сказал — нет! Может, вы приведете меня к присяге?
Лок был поражен. Все были поражены. Тяжелая, гнетущая тишина стояла в кабинете по меньшей мере минуту. Митч в упор смотрел на Черные Глаза, который отступил не упорствуя, как ни в чем не бывало качнув головой.
Ламберт, тонкий дипломат, опытный посредник, позволил себе вмешаться.
— Послушай, Митч, мы знаем, как это неприятно.
— Чертовски неприятно! Не нравится мне все это. Я занимаюсь только своим делом, девяносто часов в неделю усиленно изнашивая свою задницу, стараясь стать хорошим юристом и компаньоном фирмы, и вот по неизвестной мне причине ко мне начинают цепляться эти парни из ФБР. Нет, сэр. Мне нужны хоть какие-то объяснения.
Протянув руку к магнитофону, Лок нажал на красную кнопку.
— Мы вернемся к этому, но сначала ты расскажешь нам все, что на самом деле произошло.
