А осенью у Оли начался последний курс, очень насыщенный и очень трудный, но она аккуратно посещала все занятия кружка, после которых Вадим Евгеньевич провожал ее домой, не обращая внимания на перешептывания ее любопытных подруг...
Шаркающие просторными тапками шаги Лиды оторвали его от приятных воспоминаний.
"Идет будить", - подумал он и крикнул:
- Я уже встал. Завтрак готов?
- Как всегда. Иди, мойся, - ответила Лида через дверь и вернулась на кухню.
Завтракали вдвоем. Димка уже бегал во дворе, откуда из раскрытого окна доносились крикливые голоса юных футболистов. Вадим Евгеньевич молча и сосредоточенно жевал, уткнувшись в газету.
- Ты не забыл, что мы сегодня идем к Потаповым?
- Угу, - хмуро кивнул Вадим Евгеньевич.
Настроение его сразу испортилось. Раньше они часто собирались вместе. Верочка Потапова была веселой и общительной женщиной. Она тренировала пловцов в городском бассейне, а ее муж, редактор детского журнала, был на редкость интересным собеседником. Но с тех пор, как Верочка однажды вечером, возвращаясь из бассейна, встретила Вадима Евгеньевича с Олей... Он просто провожал девушку с очередного занятия фольклорного кружка. Но Верочка посмотрела на него таким все понимающим взглядом, что Вадим Евгеньевич стал всячески избегать общения с этой замечательной семьей. А уж если им и удавалось все же сойтись вместе, он старательно прятал от Верочки взгляд и тщательно следил за тем, чтобы не оставаться с ней с глазу на глаз.
- Ты должен еще успеть съездить на дачу. Ранняя клубника уже, наверное, поспела. Привезешь к столу бидончик. Я бы с удовольствием съездила с тобой, но мне надо бы в парикмахерскую успеть, а то совсем уж... - продолжала Лида, расставляя чистую посуду по полкам.
Дача была гордостью жены. Все там сажалось и выращивалось ее руками. Аккуратные грядки с клубникой, редисом, зеленым лучком, салатом были похожи на декоративные клумбы. Раскидистая малина и кусты томатов всегда заботливо подвязаны, а слишком отяжелевшие от плодов ветви деревьев непременно поддерживались специальными подпорками. Во всем чувствовалась ее хозяйственная рука и кропотливый труд.
Дача досталась Лиде в наследство от отца. Вадим и Лида ездили туда еще до замужества, с удовольствием помогая страстному садоводу копаться в земле, таскать воду на участок, подвязывать ветви и снимать прожорливых гусениц. Вадим Евгеньевич давно уже не помощник Лиде и в этом занятии - увлекательная работа на кафедре, а теперь вот еще и Оля захватили все его время и мысли.
Оля, Оля... Сидя за рулем машины, Вадим Евгеньевич опять думал о ней. Надо что-то решать. Скоро ей предстоит защищать диплом, а потом ей, вероятно, придется уехать, и они больше не смогут видеться и, скорей всего, никогда уже не будут вместе. Нет, об этом даже думать тяжело. Она нужна ему, просто необходима! Как она вчера была хороша! Они шли по вечернему городу, а над ними плыли тяжелые темные тучи, которые словно злились оттого, что никак не могут разродиться дождем.
- А знаешь, Оленька, сегодняшний семинар был для меня самым интересным за все время существования нашего кружка. Ведь я когда-то, еще на первом курсе, очень увлекался старинными обрядами, да и обрядовыми песнями тоже. Самым странным мне всегда казался обряд опахивания. Я знаю, что его проводили в Калужской губернии в деревне Мухино. Это было очень давно, в двадцатых годах. Стояло засушливое лето, у скота начались обычные в таких случаях болезни. И вот старушки, вспомнив о таком старинном обряде, который, якобы, помогал в этой беде, уговорили женщин села использовать это средство. Дикий и жуткий обряд. А вот самый интересный - это, конечно, свадебный. Мне кажется, молодые должны помнить такую свадьбу всю жизнь. Ведь раньше свадьба была не просто шумным застольем с криками "Горько!". В свадебный обряд входили и сговорки, и рукобитье, и девишник, а потом уж день венчанья и "княжий стол" - это на другой день после свадьбы. А затем еще третий день и отводины, когда молодые ходили из дома в дом родных и у каждого угощались закусками, чаем и водкой. Вот только с окончанием отводин свадьба и считалась законченной.