«В конце этого года или в начале 1941-го Маклин передал в Москву мобилизационные планы Германии и Италии, сведения о производственных мощностях немецких военных заводов. Эти документы гораздо точнее любых политических деклараций свидетельствовали об агрессивных планах так называемых “стран Оси”. В первой половине 1941 года он же переслал советской разведке ещё ряд документов, свидетельствовавших о неизбежности нападения гитлеровской Германии на СССР — в том числе оперативные планы по разгрому вермахтом Красной армии. В то время он получил доступ к материалам, исходящим из военного бюро Кабинета министров, координировавшего вопросы ведения войны. К тому же к Маклину по роду его деятельности поступали документы из Генерального штаба, переписка Форин оффис с его заграничными представительствами и министерствами иностранных дел и правительствами других государств»[261].
Просто невероятно, насколько ценные материалы! И это один только источник из известной «пятёрки»!
Но может ли это быть подставой? Да, может — вне всякого сомнения. Всё-таки британская разведка — Secret Intelligence Service, SIS, она же MI6 — является старейшей в мире, и её специалисты много чего умеют. В том числе и делать подставы...
А значит, Павлу Фитину и его команде следовало во всём разобраться, убедиться в подлинности присылаемых сообщений — и прийти к единственно верному, безошибочному выводу. Но главное, что в данном случае Фитину опять-таки следовало принимать на себя ответственность за конкретных людей и за результаты их работы.
Ну что ж, разобрался, убедился — и принял на себя ответственность. В результате в конце 1940 года в Лондон было направлено четыре сотрудника «легальной» резидентуры, которые, восстановив связь с агентами, вскоре наладили регулярное получение разведывательной информации:
«Сообщение из Лондона
В сводке материалов английской разведки за неделю с 20 по 27 апреля 1941 г., в разделе “Германия и Финляндия”, сообщается:
Офицер финского Генштаба в конце марта с. г. сказал, что в финском штабе существуют следующие мнения:
1. В случае германо-русского конфликта Германия приложит все усилия к вовлечению Финляндии в войну против СССР.
2. Немцы немедленно начнут наступление на район Мурманска, используя для этой цели свои дивизии в Северной Норвегии.
3. Немецкие морские и воздушные силы окажут помощь финской армии, находящейся в южной части Финляндии.
В конце марта немецкие офицеры несколько раз заявляли в финском Генштабе, что советско-германские отношения вступят в критическую фазу в мае с. г. <...>
Начальник 1-го Управления НКГБ СССР
Фитин»[262].
Как и ожидалось, надеяться на «развитие добрососедских отношений» с Финляндией нам было преждевременно: обиженные финны мечтали о реванше и очень надеялись на гитлеровцев в качестве доброхотных союзников...
«Сообщение из Лондона № 3430 от 16.V.41 г.
<...> Специальный источник сообщает о продолжающейся переброске германских войск с Балкан в Польшу и о сильной концентрации германских войск в Восточной Пруссии. Этот же источник сообщил, что к 15 мая должны быть закончены все строительства военных дорог в Польше и в районе Мемеля. Усиливается антисоветская пропаганда среди русского гражданского населения и в Красной армии... Один из сотрудников Гиммлера заявил, что война с Россией может вспыхнуть скорее, чем ожидается, и что в этом случае немецкий план будет:
1. Быстрый захват Москвы и создание там нового правительства.
2. Организация этим новым правительством гражданской войны против большевиков при материальной помощи немцев.
3. Создание национальных правительств на Украине, в Белоруссии и в балтийских странах для политического и экономического сотрудничества с Германией.
4. Давление на Финляндию с целью заставить её предпринять войну “мщения” против СССР.
По данным польской разведки, между армией и политиками в Германии имеются расхождения по этому вопросу: военные высказываются за войну против СССР, в то время как политики настаивают на переговорах.
Политики, руководимые Риббентропом, доказывают, что в переговорах Германия добьётся всего того, чего она хочет, т. е. участия в экономическом и административном контроле Украины и Кавказа. Мирное разрешение даст Германии больше, чем управление завоёванной территорией, лишённой советского административного аппарата.
В конце апреля Гитлер ещё не принял определённого решения, какой из двух методов следует применить.
Начальник 1-го Управления НКГБ СССР
Фитин»[263].
Да, здесь чего-то германские политики загнули! Пока у власти в Советском Союзе находились патриотически настроенные и национально ориентированные лидеры, они не могли позволить иностранному государству никакого участия в экономическом и административном контроле над какой-либо частью нашей территории...
А вот то, что «Гитлер ещё не принял определённого решения», — это очень и очень важно. Эту фразу следовало бы подчеркнуть для доклада Сталину самым ярким красным карандашом.
