Олег, 30-летний бывший учитель физики, ныне уставший курьер с душой лидера и любовью к славянскому фэнтези, после аварии попадает в магический мир, вдохновленный славянской мифологией. Одинокий и уязвимый, он использует знания физики, харизму и упрямство, чтобы найти свое место, превращая мечты в реальность и сталкиваясь с моральными дилеммами.
Мелкий дождь не шёл — он просачивался. Как будто воздух сам стал сыростью. Каждая капля, попадая на лицо, впитывалась без следа, будто город пил свою тоску вместе с людьми.
Олег ехал, склонившись над рулём. Велосипед под ним поскрипывал, шины хлюпали по лужам, издавая характерный звук:
Маршрут был до боли знаком. Он знал, где будет пахнуть рыбой от круглосуточного ларька, где продавщица всегда курила за углом. Знал, где в лужах прячутся ямы, от которых отскакивает колесо. Всё вокруг было до зубовного скрежета обыденно — и именно это убивало.
На светофоре он остановился рядом с автобусом. Из окна на него смотрела девочка лет шести, в яркой куртке, прижав нос к стеклу. Она внимательно следила за ним. Олег повернулся к ней и скорчил рожицу, как когда-то своим ученикам. Девочка улыбнулась — широко, по-настоящему. А потом автобус уехал, и он остался снова один.
Он взглянул на часы: 19:44. Заказ уже задерживался на шесть минут. Клиент, судя по приложению, был «особо чувствительный» — что-то в этом мире всё же имело приоритет. Он втянул голову в плечи и снова надавил на педали.
Бизнес-центр выглядел как все прочие: стеклянный, холодный, и будто сам себя осуждающий. Олег подкрутил тормоза, взобрался по пандусу — колёса скользнули, но он удержался. Стеклянные двери открылись с шипением. Внутри было тепло, пахло кофе, кондиционером и полиролью.
Консьержка в голубом жилете подняла на него глаза и тут же опустила. Без слов. Как будто он был частью интерьера — мокрый элемент городской мебели.
В лифте он смотрел на своё отражение. Мокрая куртка с отслаивающимся логотипом доставки, каска на голове, капли на щеках, будто слёзы. Глаза потухшие. Рот напряжённый.
На экране высветилось: Этаж 3. Двери открылись.
Клиент — молодой человек с модной бородкой и гарнитурой в ухе — встретил его без взгляда.
— Курьер? Ставь на стол, потише, у меня совещание.
Олег молча поставил пакет на стеклянную поверхность, откуда тут же донёсся запах соуса терияки. Мягкий, липкий, вызывающий тошноту.
Уходя, он невольно задержал взгляд на одной из картин в офисе — сюрреалистичный лес, словно из сна. И в этот момент…
…всё растворилось.
Школьный кабинет. Мел скрипит по доске.
— Итак, ребята. Задача: если поезд идёт со скоростью 60 километров в час, а навстречу ему... — он размахивает руками, изображая второй поезд, — ...то кто быстрее доедет до станции «Понимание»?
Хохот.
Олег поворачивается к парте — Данька хмурится, карандаш грызёт.
— Даня, ну-ка, ты как думаешь?
— Они столкнутся, — бурчит тот. — Как всегда.
— Почему?
— Потому что никто не уступит.
Олег улыбается.
— Мудро. Но помни — физика не про конфликты, а про закономерности. Понимание — это не станция. Это путь.
Дети записывают. Он подходит, смотрит в тетрадь — на полях рисунок: воин с копьём, на фоне молний.
— Это кто?
— Это ты, Олег Михайлович. Только в доспехах. И с бородой, как у викингов.
Он смеётся.
— Ну, может быть, когда-нибудь…
…двери лифта закрылись. Он снова был здесь. Курьер. Без копья. Без бороды. Без понимания.
Он вышел на улицу, вцепился в руль и выругался — негромко, по привычке. На асфальте образовалась новая лужа. В ней отражалось небо. Серое.
Он стоял у кофейного автомата возле метро, обхватив руками горячий пластиковый стакан. Пар поднимался к лицу, обволакивая нос и щеки. Ничто так не напоминало о человеческом, как дешёвый кофе за тридцать рублей. И в этот момент из-за угла появился Коля.
— Ну здарова, Фарадей! — сказал тот, хлопнув Олега по плечу. — Опять по дождю гоняешься за просроченной курицей?
Олег фыркнул.
— Сам-то с чем? Воняешь, как китайская резина с чесноком.
— Да у меня лапша в трех коробках, понял? И одна из них — с двойной остротой. Если клиент умрёт — я ни при чём, у меня подпись будет.
Олег не смог не усмехнуться.
Коля был младше его лет на пять, но вел себя как ветеран. Его красная куртка была исписана чёрным маркером: "Тёмный всадник", "Я — ваша еда", "Смерть диетам".
— Слышь, а помнишь, ты же у нас был учителем, да? — продолжил Коля, отпивая кофе. — Прям как в кино. Типа "О, как я пал…"
— Спасибо, напомнил, — буркнул Олег.
— Да не, я серьёзно. Учил ты там… физику, да? Про магниты, законы, эту фигню. Может, расскажешь, почему у меня рюкзак всегда в одну сторону тянет? Это что, эффект притяжения лапши?
— Это эффект криворукости, — ответил Олег.
Они оба рассмеялись. И в этой паузе, среди мокрого города, шумящих шин и чужих лиц, возникло странное чувство — будто он всё ещё