— Не злись, я смеюсь не над тобой. Просто вспомнил один фильм, иностранный... Тебе тоже нужно будет изучить современную культуру, она весьма любопытна. И одежду ты, несомненно, получишь, все давно готово. Не можешь же ты показаться своим потомкам в таком… хм… виде. И оружие тебе дадут. А вот с конем… об этом мы поговорим позже.
Киёмаса сделал еще один шаг, приблизившись к собеседнику почти вплотную. И поднял руку на уровень его груди, пошевелив пальцами, будто намеревался сомкнуть их на его шее.
— Не заговаривай мне зубы, тануки [5]. Тебя же не смущает мой вид, старый друг? А я очень, очень хочу знать, что Токугава задумали на этот раз.
— Дамы и господа! Наш самолет совершил посадку в международном аэропорту Пулково...
Дальнейший текст объявления потонул в шуме аплодисментов. Сандер открыл глаза и поморщился. Он уже давно забыл об этой дурацкой традиции — хлопать команде, посадившей самолет. Или люди таким образом просто избавляются от стресса и радуются, что их не взорвали террористы и не подстрелили украинцы?
А еще он просил стюардессу разбудить его перед посадкой. Полноватая мулатка тогда поулыбалась и предложила виски. Умом она явно не блистала: он же ясно выразился «разбудить», а значит, собирался спать, а не пить. Ему нужно экономить силы: Андрюха не будет слушать жалобы на усталость после перелета. И от лишнего алкоголя стоит себя пока поберечь. Поэтому Сандер сразу после пересадки в Хельсинки надел повязку и пропал из окружающего мира, назло всем террористам.
Он отстегнул ремень и потянулся, похрустев спиной. Хоть это и бизнес-класс, но кресло — не кровать, а двадцать три года — не шестнадцать, когда они с Андрюхой ночевали под мостом где-то около Рязани, а сиденье старого раздолбанного КамАЗа казалось райски удобным...
Сандер улыбнулся. Интересно, как сейчас выглядит Андрюха? Не отрастил ли пивное брюшко? По скайпу он видел только его широкую круглую мордаху и вечную довольную ухмылку.
К счастью, очередь за багажом оказалась меньше, чем Сандер ожидал. Поймав свой чемодан, он поставил его на колеса и неспешно покатил к выходу.
— Саня-я-я! Тормо-оз!
Он оглянулся. Со стороны входа, на бегу хватая со столика мобильный телефон и, по-видимому, ключи, к нему приближался Андрюха. Точнее, господин Андрей Нечаев — назвать «Андрюхой» этого солидного мужика наверняка мало у кого повернулся бы язык. Всегда высокий, но худой и нескладный, сейчас Андрюха раздался в плечах, но нет, никакого пуза не отрастил. Наоборот, стал выглядеть гораздо спортивнее, чем пять лет назад. И одет был хоть и в джинсы со свитером и торчащей из-под него синей рубашкой, но покупалось все это, определенно, не в «Галерее».
А вот лицо не изменилось. Впрочем, эту морду Сандер лицезрел не далее как полсуток назад на экране своего телефона. И на этой самой морде красовалась она, неподражаемая андрюхина улыбка.
— Ты, блин, чебурашка пришибленная! Тащится, как удав по стекловате! Бегом! — Андрюха сграбастал его за плечи и поволок к выходу. — Пятнадцать минут бесплатная парковка! Если опоздаем — пятисотку снимут. Совсем озверели!
Он схватил чемодан Сандера и вприпрыжку кинулся к дверям. Сандеру ничего не оставалось, как последовать за ним.
Но поспеть за трясущимся за свои кровные пятьсот рублей Андрюхой было не так-то просто. И, когда Сандер вышел из здания аэропорта, Андрей уже заталкивал его чемодан в багажник огромного оранжевого крузака. И, нет, это не был какой-нибудь, прости господи, паркетник, что вы! Настоящий ФДжи, с огромными колесами и бездонным салоном, в котором, при большом желании, можно было разместить лошадь.
— Андрюха... — осведомился Сандер, подходя к машине и складывая брови домиком, — скажи мне, старый друг, тебя что, батя покусал?
— Так, не умничай! — Андрюха втянул товарища в пахнущий кожей и почему-то водкой салон и захлопнул дверь.
— У нас минута. Полетели! — он газанул с места и, отчаянно вращая глазами, понесся к выезду с парковки. Едущее навстречу такси испугано попятилось и прижалось к обочине. А внедорожник, взвизгнув, затормозил возле шлагбаума. Андрюха сунул в прорезь талон и — о, чудо! Шлагбаум медленно пополз вверх.
— Й-й-эс! — Андрюха хлопнул себя кулаком по колену и повернулся к Сандеру. — Видал? «Ба-а-тя покусал»... Что б ты в тачках понимал, америкос, — он хохотнул. — А я, между прочим, фермер! Понял?
— Понял-понял. Ты мне вот что скажи, фермер, у тебя водярой откуда прет?
— А... — Андрюха принюхался, — блин! Вот блин! — он съехал на обочину и остановился. И перегнулся назад:
— Точно. Грохнул одну. Мать ее... — он повернул к Сандеру расстроенное лицо. — Надо будет по дороге заехать еще купить, остановимся.
— По дороге куда, Андрюх? — Сандер вздохнул. Не то что бы у него была хоть малейшая надежда, что друг отвезет его домой, но кто может запретить человеку, вернувшемуся с учебы из далекой страны в родные места, хоть немного помечтать?
