– Вовсе нет, не только не умерла, но и ведет активный образ жизни. В том числе и половой. Игорек состоит при ней в качестве любовника, и старуха даже время от времени оформляет на него завещание. Чтобы подольститься к Бурановой, наш плейбой начал собирать коллекцию народных инструментов. У него и шкафчик для этого специальный имеется. Правда, стоит ему посмотреть на какую-нибудь девицу, как старуха тут же переписывает завещание на свою слабоумную сестру – даже коллекция балалаек не помогает. Между нами, однажды Игорек предложил мне убить обеих бабулек, чтобы заграбастать бурановские миллионы.
– Это он в шутку, – обронил Хренов. – Я иногда тоже в запале говорю, что кого-нибудь готов убить.
– Ну да. Конечно, – хмыкнула Жанна. – Поздняков мне детальный план показал, как будет убивать старух.
– А что же не убил?
– Я его отговорила.
– Ты с ним спала? – пропустив мимо ушей слова о готовящемся убийстве, хмуро осведомился Станислав Владимирович. – Спала с этим проститутом?
– Я же говорю, – занервничала женщина, теребя подол юбки. – Поздняков увлекся Надькой, когда она принесла на продажу тетрахорд. У Надежды Игорька отбила я. А у меня уже Ладка. Только это было давно. Еще до тебя, Славик.
– Слушайте, что вы мне голову морочите? – вспылил Хренов. – При чем здесь Поздняков и тетрахорд, когда речь идет о пропавшем алмазе и погибшем Архарове?
Настроенный на свою волну Славик побагровел и через силу выдавил:
– Ну, Жанна, не ожидал!
Женщина жалко улыбнулась и зачастила:
– Говорю же, это было еще до тебя, а потом я просто не могла от него отделаться. Ты, Славик, не думай, Игорек только прикидывается телком, на самом же деле это волк в овечьей шкуре. Он все время пытается сбежать от своей старухи, но не может – слишком выгодно быть ее любовником. И Поздняков изобретает разные способы обогащения, хочет денег столько, чтобы он смог навсегда расстаться с Бурановой. Когда мы были вместе, я рассказала ему, что Архаров каждый год привозит на международную выставку различные алмазы. И у Позднякова родился план. Это он придумал уговорить Архарова поселиться в «Отеле на Покровке», сначала забронировав все номера, а затем отказавшись от брони, устроив таким образом, чтобы Архаров остался в отеле один. Поверьте, я тут ни при чем! Он сам, безо всякой моей помощи проник в номер к Архарову и украл драгоценность, напугав несчастного так, что тот отправился к праотцам. И Ладой он для этого занялся. Чтобы уже наверняка быть в курсе событий в ее отеле. Алмаз у него, это точно.
– Но клофелин-то Архарову вы подсыпали?
Жанна прижала к вздымающейся груди унизанные кольцами руки и жалобно проговорила:
– Да нет, все он! Я даже не знала, что виски с клофелином. Я только передала Архарову бутылку, которую мне дал Поздняков.
– Почему же сами из нее не пили?
В голосе женщины промелькнула надменная нотка.
– За кого вы меня держите? Я не пью виски. Употребляю лишь французское вино.
– Адрес и телефон Игоря Позднякова, будьте добры, – сердито проговорил Хренов, доставая из сумки пухлый органайзер и собираясь записывать.
Жанна покорно продиктовала требуемое, и тема беседы иссякла. Поднявшись с кресла, шеф озабоченно почесал живот и сухо обронил:
– Ну что, Рома, похоже, нужно следователя вызывать. Пусть Захарчук побеседует с дамочкой. А потом двинемся к нашему злому гению, к Мориарти преступного мира – господину Позднякову.
– Господа, позвольте откланяться, – засобирался Станислав Владимирович, демонстративно не глядя на подругу. – Полагаю, мое присутствие здесь неуместно.
– Отчего же, пусть следователь сам решит, – заупрямился Хренов.
– Я депутат Госдумы, меня ждут дела. – Славик решительно шагнул к двери и взялся за ручку, собираясь уйти. Но, на секунду задержавшись, обернулся в сторону стола и официальным тоном добавил: – А вас, Жанна Ильинична, я попрошу впредь не беспокоить меня звонками.
Оставшееся до обеда время ждали приезда Захарчука, затем томились в приемной под испепеляющим взором секретарши и, наконец, прихватив следователя, двинулись в сторону Чистых прудов. Как и следовало ожидать, у Позднякова дверь никто не открыл, и Хренов с Сириным вернулись в офис. Захарчук же отправился в управление, намереваясь объявить подозреваемого во всероссийский розыск. Так что день не задался с самого утра. Да еще и Берта куда-то пропала.
– Дачу-то переоформили? – пристально глядя на застывшую в дверях секретаршу, осведомился шеф.
– Берта отказалась, – пожаловалась Лиля.
– Даже так? – насупился Хренов, медленно приближаясь к дверям. – И под каким же, осмелюсь спросить, предлогом?
– Обстоятельства, говорит, изменились, – фыркнула секретарша.
– И когда это выяснилось?
– Вчера вечером.
Голос шефа делался все строже и строже, в то время как секретарша все больше сбивалась с ответами.
– Что ж ты молчишь? – гаркнул Хренов. – У человека, который пропал, изменились обстоятельства, а ты сидишь и в ус не дуешь? Что за обстоятельства? Каким образом они изменились?
– Берта сказала, что сама вас поставит в известность, – окончательно смешавшись, чуть слышно прошептала секретарша.
