Время словно замерло – они всё летели, летели и летели… Наконец робот приземлился в яму, оставшуюся от высохшего пруда. Вся гора содрогнулась от удара его тяжеленного тела.
– Флембер! – закричал Дев. Он соскользнул в грязь и попытался дотянуться до пушистого меха, по которому пробегали трескучие голубые молнии. – Ты меня слышишь?
– УФ-Ф-Ф-Ф! – Глаза медведя завращались в глазницах.
– Флембер! Это я! Дев! – кричал мальчик. – Помнишь меня? В мастерской?
– ДВ-В-В-В… – Медведь широко улыбнулся. Один глаз перестал вращаться и уставился на мальчика.
– Да, правильно, Дев! – взвизгнул от восторга изобретатель. – Ты… ты забрался так далеко, просто чтобы найти меня?
Блестящий чёрный нос Флембера снова задёргался. Он понюхал ветерок, причмокнул языком и стал, барахтаясь, выбираться из ямы. Наконец он вылез и на четвереньках двинулся вперёд сквозь толпу, шатаясь и заваливаясь на бок. И всё же он шёл в определённом направлении. В направлении «Великой вкуснятины» Арнольда.
Когда пекарь понял, что сейчас произойдёт, его лицо исказилось от ужаса. С выпученными глазами он встал перед тележкой, пытаясь загородить собой своё колоссальное творение.
– НЕ-Е-Е-ЕТ! – завопил Арнольд. – Это моё! МОЁ!
Вафельник держался до последнего и отскочил с дороги робота буквально за мгновение до того, как тот налетел на «Вкуснятину». Медведь принялся жадно поглощать вафли. Он прерывался, только чтобы глотнуть воздуха, а затем снова набрасывался на взбитые сливки и ягоды. Наевшись до отвала, робот плюхнулся на землю и стал облизывать сладкие пальцы.
– МОЁ! – лучезарно улыбался он.
Дев протолкался через обступившую медведя толпу.
– Его первое слово!
– Моё! – повторил Флембер, снова погружая лапы в сладкое месиво, в которое превратился вафельный десерт. – Моё, моё, моё, моё!
Несколько членов Гильдии вышли вперёд, наставив на Флембера обнажённые мечи.
– Нет, нет, всё в порядке. – Дев встал между ними и медведем и поднял руки. – Он пришёл сюда на запах вафель, вот и всё. Я за них заплачу, обещаю!
– ВА-А-А-АФ-Ф-Ф-ФЛ-Л-Л! – прорычал Флембер.
Из груди Дева вырвался взволнованный смешок.
– Его зовут Флембер, – гордо провозгласил он. – И его создал я.
Мэр, который до сих пор прятался позади Бастора, высунул изумлённую физиономию.
– Ты… что?
– Я создал его. Я… изобрёл его, – сказал Дев и тут заметил в толпе маму. Она выглядела совершенно ошеломлённой.
Вообще-то, все участники процессии выглядели совершенно ошеломлёнными.
– Из старых деталей, – продолжил объяснять Дев. – Я собрал их вместе и сделал что-то вроде робота. А потом я… ну как бы вдохнул в него жизнь.
– Дев, не теряй рассудок. – Бастор всё ещё не опустил меча, направленного на Флембера. – Ты делаешь игрушки и всякие хитроумные устройства. Маленькие, шумные и, по большому счёту, бестолковые. Понимаешь? А это… ну, это… – Он беспомощно надул щёки. – Собственно, а что это?
– Его зовут Флембер, – повторил Дев. – Я думал, что он мог бы нам помогать. Всякий раз, когда что-то пойдёт не так, он нас защитит. Робот остановил бы взбесившийся Сыросмыватель, просто встав у него на пути. И он помог бы убрать весь тот беспорядок. Только посмотрите, какой он большой и сильный!
– То есть ты построил эту… штуку, – снова заговорил мэр, – чтобы защитить нас от самого себя?
– Н… нет! Ну, может, чуть-чуть. Ещё он мог бы разбирать завалы камней или, если понадобится, перенести целый дом! А на полях вскапывал бы землю своими огромными лапами. – Говоря, Дев изображал то одно, то другое действие. – Он наделён силой, чтобы делать добрые дела, он наш новый большой защитник. С Флембером наша деревня будет в безопасности!
Никто не проронил ни слова. Сердце Дева упало.
– Я думал, вы будете рады.
Рядом с Флембером зашевелился флембожук. До этого он лежал на спинке, поджав лапки и наполовину утонув в сиропе, а теперь забарахтался в грязи. Наконец жук с трудом взлетел, опустился на большой чёрный нос медведя и засновал туда-сюда между его глазами. А потом он засиял.
Другой флембожук сел медведю на живот и тоже засветился. Блестящая зелёная бабочка приземлилась ему на ногу, а на ухо опустилась жиббермоль. Вскоре вокруг робота закружился целый рой разных насекомых. Все они купались в его прекрасном голубом свете.
– Это невероятно! – Вентилло протолкалась сквозь толпу и приблизилась к большому сияющему медведю. Она схватила ладонь Дева тонкими пальцами и сжала её. – Вы оба просто невероятные.
– Это МОНСТР! – завопил Зеригольд, выбираясь из кучи грязи, куда его столкнул Флембер. Его деревянный птичий нос, который он надел как украшение к празднику, съехал на щёку. – Он напал на меня! Вы все это видели! Мне – кхе! – повезло – кхе-кхе! – что я остался жив – кххххе! – Старик упал на колени, закашлялся и выплюнул большой комок красной шерсти. Потом он поднялся на ноги, пошатываясь, схватил комок земли и швырнул во Флембера. Тот его даже не заметил. Как и второй комок. И третий тоже.
Медведь всё ещё с наслаждением лопал вафли.
