— Почему бы и нет? — она поправила браслет. — Почему бы не прикинуться, что верю. Хуже от этого не будет.
Выйдя из чайной, они остановились у киоска. Марилия купила «Жорнал ду Бразил», Флетч — «Бразил геральд» и «Латин Америка дэйли пост».
Стоящий у «МР» мужчина лет тридцати, пышущий здоровьем, с курчавыми волосами, похоже, поджидал их.
Он что-то затараторил, обращаясь к Флетчу.
Потом заметил, что тот не понимает ни слова, и повернулся к Марилии.
Она, улыбаясь, ответила ему. Открыла маленький кошелек, привязанный к запястью, достала деньги, отдала ему. Мужчина засунул их в ботинок. И отошел к другой машине, «фольксвагену».
— Что он хотел? — спросил Флетч, усадив Марилию и сам садясь за руль.
— О-о-о. Он сказал, что присматривал за нашей машиной, пока нас не было. На него возложена охрана машин, припаркованных с этой стороны улицы.
— Правда?
— Он так сказал.
— Кто же поручил ему охранять машины?
— Никто. Он сам возложил на себя эти обязанности.
Флетч завел мотор.
— Если никто ему этого не поручал, зачем вы дали ему деньги? Почему не послали его куда подальше?
Марилия разглядывала содержимое сумочки.
— Наверное, я дала ему деньги только потому, что вы угостили меня очень вкусным ленчем.
— Флетч?
— Да.
— Тонинью Брага, Флетч. Взгляни, который час.
— Начало первого.
— Правильно. И пока никто не сообщил о теле Норивала.
В приглушенном голосе Тонинью слышалась тревога.
После ленча Флетч отвез Марилию Динис в ее дом в Леблоне, поблагодарил за то, что она смогла поехать с ним в фавелу, повторил, что еще не знает, как раскрыть убийство сорокасемилетней давности, и отправился в отель в надежде уснуть.
За время его отсутствия в его номере в «Желтом попугае» побывала горничная. Прибрала, поменяла постельное белье.
Флетч позвонил в отель «Жангада» и попросил соединить его с миссис Джоан Коллинз Стэнуик из номера 912.
В 912-м трубку не сняли.
Телефон зазвонил, когда он уже начал раздеваться, чтобы принять душ, занавесить окна, забраться в постель и попытаться уснуть.
— Тонинью, — ответил он. — Сегодня воскресенье. Пик Карнавала. Связь работает плохо.
— Именно так, Флетч. Поэтому сотни, тысячи людей должны быть на берегу.
— Найдя тело…
— Норивал — не просто утопленник. Он — Пасаринью. Это сенсация.
— Сначала должны вызвать полицию…
— Разумеется, полицию. Но мы позаботились о том, чтобы нашедший тело сразу же опознал бы Норивала. То есть сообщение о находке будет передано не только в полицию, но и семье Пасаринью, на радиостанции. Да и полиция тут же известила бы всех.
— Я все-таки не понимаю, к чему ты клонишь. Вы бросили тело Норивала в воду. Труп. Рано или поздно его вынесет на берег, если ты не напутал с приливами.
— Я не напутал. Где Норивал?
— Откуда мне знать?
Флетч посмотрел на манящую свежими простынями постель.
— Флетч, мы должны позаботиться о том, чтобы кто-то нашел Норивала.
— Тонинью, я не уверен, что смогу искать сегодня покойников.
— Ты должен помочь нам в поиске, Флетч. Тогда нас будет четверо. Мы прочешем весь пляж.
— Вы собираетесь искать труп на пляже?
— А где же еще? Мы опустили тело Норивала в воду, чтобы его нашли, а не потеряли. А если оно так и не найдется? Не будет заупокойной мессы. Его не похоронят, как полагается. А семья подумает, что он куда-то сбежал.
— Но обнаружится пропажа лодки.
— Значит, уплыл. В Аргентину! Подумай о его бедной матери! Она может умереть от волнения! Не знать, что случилось с ее сыном!
— Тонинью… Я все еще не спал.
— Естественно.
— Что естественно?
— Ты должен нам помочь. Вчетвером искать легче, чем втроем. Пляж длинный.
— Тонинью…
— Мы заедем за тобой через десять минут.
И в трубке раздались гудки отбоя.
— Может, нам стоит заглянуть к Еве, — предложил Титу. — Норивал мог вернуться к ней.
— Норивал был счастлив с Евой, — добавил Орланду.
Вчетвером они шли по пляжу, только Флетч — в сандалиях. Он понимал, что не настолько акклиматизировался, чтобы на полуденном солнце идти босиком по раскаленному песку.
Тонинью, Титу и Орланду заехали за Флетчем на черном «галакси».
С тротуара у отеля маленький Жаниу Баррету с деревянной ногой молча наблюдал, как Флетч сел в машину и уехал.
До участка берега, куда, по расчету Тонинью, должно было вынести Норивала, они доехали довольно быстро, учитывая запруженные людьми и автомобилями дороги.
В одном месте не менее тысячи человек в изодранных карнавальных костюмах танцевали вокруг оркестра, разместившегося в кузове громадного грузовика, ползущего со скоростью несколько метров в час. Никогда еще Флетчу не доводилось видеть такого большого расхода человеческой энергии ради столь незначительного продвижения вперед.
По пути к пляжу они внимательно слушали радио.
О Норивале Пасаринью ничего не сообщали.
Пляж цвел яркими зонтиками, надувными матрацами. Куда ни посмотри, люди танцевали, бегали, купались, играли в футбол, выпивали, закусывали.
— Если человек умирает во время полового акта, — заметил Орланду, повернувшись к Флетчу, — ему гарантировано быстрое возвращение в жизнь.
— Для Норивала тем более, — поддакнул Титу.
