Как бы повела себя Дейенерис Таргариен, если бы получила ещё один шанс? Как бы прошла первый раунд Турнира Флёр, если бы она была...Дени?
========== Драконы ==========
Как они были прекрасны! От одного взгляда на загон с драконами сердце Дени затрепетало. Она хранила спокойствие внешне, в то время как эмоции разрывали её. Злость на людей, так насилующих натуру Вольных, желание помочь, познакомиться ближе… жажда взглянуть в жёлтые глаза, оседлать красавицу, и взлететь с ней в небеса, где той самое место!
Драконицы были рассержены. Их увезли далеко от дома, вместе с кладкой, раздразнили. Драконицы боялись за своих детей и готовы были сражаться до конца. Так не должно быть. Нельзя держать дракона на привязи, Дени слишком хорошо усвоила этот урок.
И когда спустя несколько дней, пришла её очередь выходить на арену, она не боялась. Дени никогда не боялась драконов. Пускай Эти и не были её детьми, драконов она всегда понимала лучше, чем людей.
Она просто шла навстречу прикованной за шею зелёной красавице, что пускала струйки дыма над кладкой. Она смотрела ей прямо в огромные янтарные глаза с вертикальными зрачками. Шла ровно, неспешно, не меняя темпа и тихо проговаривая одними губами.
— Я Дейенерис Таргариен, кровь от крови дракона. Я помогу тебе.
Драконица заворочалась, перебирая тяжелыми лапами. Дени тихонько подняла палочку и направила ту на цепь, скомандовав:
— Редукто!
Раздался негромкий хлопок, и цепь лопнула. Драконица дернулась, затем распрямила шею, на которой болталось кольцо-ошейник и обрывок цепи, и зарычала на Дени. Та лишь улыбнулась, смело глядя на драконицу. Медленно опустила руку с палочкой и сделала шаг вперёд. Драконица пригнулась, готовясь защищать кладку.
— Я не причиню тебя вреда. Не причиню боли. Ты мать, это твои дети, — Дени протянула руку ладонью вперёд и сделала ещё один шаг.
Драконица выпустила пар и открыла пасть, в которой зарождался огонь. Но Дени никогда не боялась огня. Таргариены неопалимы. И вся суть Таргариена — в его душе, а не в теле. Это Дени знала уже давно, с тех пор как очнулась в теле девочки, которую звали Флёр Делакур. Нужно было чувствовать огонь, быть огнём.
Драконица зарычала и выпустила пламя. Огонь, рокочущим смертоносным потоком хлынул, быстро преодолев разделяющее их пространство, и накрыл Дени. Он сжирал её мантию и палочку, обувь, опалил волосы, обжигал вспышками глаза, которые пришлось прикрыть. Когда всё закончилось, Дени снова взглянула на драконицу и улыбнулась. Шум с трибун не отвлекал её. Важна была только её связь с огромным зелёным ящером. Дени сделала ещё несколько шагов, преодолев расстояние между собой и мордой драконицы, и положила руку той между ноздрями. Драконица прикрыла глаза. Дени погладила её, шепча:
— Ты молодец. Ты сильная и прекрасная. Ты свободна!
Драконица внимательно следила за Дени. Та, в свою очередь, показала на кладку.
— Это твои дети, все, кроме золотого яйца. Оно не твоё. Они хотели тебя обмануть? Чтобы ты защищала кусок металла, как своего ребенка? Они не стоят тебя. Позволишь мне забрать его? Послушай, оно пустое. От твоего пламени оно лишь расплавится. Позволь мне его взять.
Дракон опустила морду к золотому яйцу и на миг прикрыла веки. Затем возмущённо выпустила пар и зарычала. Дени погладила её по искристой чешуе.
— Не злись. Глупые люди. Они совсем не понимают тебя. Хочешь, полетим? Я заберу поддельное яйцо, и мы полетим с тобою на свободу. Как давно ты была свободна?
Драконица смотрела на Дени, не мигая, затем перевела взгляд на яйца. После чего опустила голову и носом подкатила золотое яйцо к Дени. Та подняла его. Тяжелое.
Драконица выпустила облако пламени, которое накрыло яйца, заставив их раскалиться. Дени улыбнулась, теперь дети валлийки не погибнут, если она улетит ненадолго.
Ящер повернула гибкую шею, словно приглашая. Дени никогда не отказывалась от приглашения дракона. Она поставила голую ступню на крыло, когда-то таким знакомым движением подтянулась, пробежала по чешуе и оседлала горячую гладкую шею, взявшись за гребень. Драконица была гораздо меньше Дрогона, скорее как Визерион. Сидеть, голой кожей соприкасаясь с чешуей, было не очень удобно, чешуя царапалась и была горячей. Но Дени ни на что бы не променяла это чувство. Она словно стала цельной, впервые с тех пор как стала откликаться на имя Флёр.
И пускай у неё — Флёр было практически всё, о чём мечтала Дени — любящие родители, сестрёнка и возможность когда-то иметь детей, — Дени мечтала снова подняться в небо. Не на глупой палке с прутьями, а восседая на могучей спине самого невероятного существа на свете.
Драконица черкнула лапой по поверхности арены, сделала пробный взмах крыльями, разбежалась и взмыла ввысь. Дени захохотала, не сдерживая своего счастья.
Зрители наблюдали, затаив дыхание, как над ареной взлетает огромный зелёный ящер, на спине которого восседает хрупкая и прекрасная девушка, испачканная гарью, в ошмётках обгорелой мантии и с подпаленными волосами. На её прекрасном лице сияла улыбка.
