– Мне просто нужно съесть хороший бургер и выпить, и я буду в порядке. Ты же меня знаешь. – Я несколько раз похлопываю себя по животу.
– А-а-а, тебе нужен протеин, как и моему здоровяку, – поддразнивает Энди, похлопывая Митча по животу.
Он нежно улыбается ей и накрывает ее руку своей. Энди, несомненно, единственный человек на планете, которому может сойти с рук поглаживание живота Митча. На самом деле, держу пари, он бы перевернулся на другой бок и замурлыкал, как котенок, если бы она продолжала это делать. Любовь – странная штука.
Ее младший брат смотрит на них с отвращением, и я бросаю на него сочувственный взгляд, который вызывает у него ухмылку.
Официантка, брюнетка лет двадцати с небольшим, сильно покраснела и с испуганным видом подходит принять наши заказы. Клянусь, у нее дрожат руки. Брюс флиртует с ней, вероятно, пытаясь заставить ее расслабиться, потому что она намного моложе, чем кажется.
Ей требуется некоторое время, чтобы записать все заказы, но наши напитки приносят быстро. Мой коктейль «Лонг Айленд» подается с соломинкой фламинго, и Уэст фыркает от смеха.
– Извини, когда ты успел стать студенткой из женского клуба?
– Это вкусно! И разве девушки из женского клуба не предпочитают фруктовое шампанское?
– Верно, – соглашается он.
Мэл тянется через стол и кладет ладонь мне на плечо.
– Ноэль – перфекционистка в своей работе. Она не выходит из дома в середине семестра. Вообще. Даже когда она училась в колледже, она была такой. – Она сочувственно улыбается. – Она без ума от тебя и завтра придет в себя.
Я улыбаюсь в ответ.
– Да, я знаю. Мне неприятно, что на этой неделе наши расписания совсем не совпадали. Но мы что-нибудь придумаем.
Как только нам приносят еду, мы принимаемся за дело. Я здесь не единственный, кто любит вкусно поесть. Мы все дикари. Дамы смотрят на нас одновременно с благоговением и отвращением.
– О боже мой, – говорит Энди Брюсу. – Успокойся. Ты же не умираешь с голоду.
– Нет, я умираю, – бормочет он в ответ с набитым едой ртом.
Она женственно откусывает кусочек, словно показывая ему, как нужно питаться по-человечески.
Реми смеется:
– Энди, я годами пытался превратить этих недотеп в джентльменов. Удачи. – Он откусывает от своего бургера кусок обычного размера, всегда ведя себя более зрело, чем все осталь-ные.
– Дамы ценят мужчин, которые умеют есть, – огрызается Брюс.
– Это правда? – спрашивает Мэл. – Тогда почему у тебя нет пары?
Мы все смеемся, кроме Брюса. Он проводит рукой по волосам и бросает на Мэл испепеляющий взгляд.
– Поверь мне. У меня были предложения. Я просто отклонил их все.
Она закатывает глаза, но улыбается.
– Мы знаем, Брюси. Ты просто находка.
– К тому же, разве ты не слышала, что вратари – лучшие любовники?
Митч стонет.
– Только не это снова.
– Мы обращаем внимание на детали, и мы очень гибкие. – Для пущей убедительности он поднимает свой бокал в воздух.
– Это еще предстоит доказать, – добавляет Реми. – Но я уверен, что в постели ты настоящий тигр, Брюс. – Он покровительственно похлопывает Брюса по плечу.
– Да, – саркастически говорит Митч. – Ты просто излучаешь мастерство.
– И грубый, животный магнетизм, – говорит Энди страстным голосом.
– Смейтесь сколько хотите, но в глубине души вы все знаете, что я прав. – Брюс откусывает еще один отвратительно большой кусок, и мы все разражаемся смехом от того, какой он смешной.
Реми доедает и вытирает лицо салфеткой.
– Что ж, я не хочу уходить так рано, но моя лучшая подруга прилетает сегодня вечером с визитом. Мне нужно забрать ее из аэропорта.
– Эмбер? – спрашиваю я, вспоминая его лучшую подругу детства. Она приходила к нам несколько раз, и она очень крутая. Очевидно, у нее есть какой-то придурок-бойфренд, которого Реми ненавидит.
Реми кивает.
– Передай ей от нас привет, чувак. Давненько ее не видел.
– Ну, у нее, эм, родился ребенок. Значит, она была занята, – неловко произносит он.
– Вау, правда? От парня, которого ты ненавидишь? – спрашиваю я, как всегда я самый любопытный ублюдок.
– Ага. Но они в некотором роде… В данный момент все непросто.
Я пытаюсь прочесть выражение лица Реми, когда он это говорит. Мне всегда было интересно, питал ли он какие-то чувства к Эмбер. Она милая и общительная. Если я правильно помню, когда я видел ее в последний раз, у нее были розовые волосы; интересно, по-прежнему ли они такого же дикого цвета.
– А, понял. Что ж, я уверен, что увижу ее в районе, – улыбаюсь я.
Реми прощается, машет рукой большой группе своих товарищей по команде и уходит.
– Ты думаешь, он неравнодушен к Эмбер? – спрашивает Брюс, как ему кажется, приглушенным шепотом, но выходит совсем не тихо.
Уэст задумчиво проводит рукой по подбородку.
– Мне тоже было интересно.
Энди подхватывает:
– У него определенно есть к ней чувства. Это было написано у него на лице.
Митч кладет руку на спинку ее стула.
– Не лезь в дела Реми.
– Ладно, – ворчит она.
Из динамиков начинает звучать бодрая песня, и танцпол в другом конце зала озаряется светом. Мэл и Энди ахают и вскакивают со своих мест, заставляя своих парней последовать за ними.
– Давайте! Танцпол открыт! – визжит Мэл.
Брюс тоже встает.
