Фьора, протянув руку в его сторону, уплывала во тьму... Слезы катились по ее щекам, но уже ничего нельзя было сделать... Последнее мгновение... И все... Теперь их уже разделяла вечность...
Только спустя много лет Фьора узнала, что судьба свела ее с сэром Фрэнсисом Дрейком – знаменитым пиратом и будущим адмиралом флота его величества короля Англии...
Туман рассеялся рано утром. Начинавшийся день не предвещал ничего доброго, несмотря на то, что ярко светило солнце, и ласковый ветер надувал парус шлюпки.
Пассажиры молчали, охваченные тревогой за свое будущее. Да и о каком будущем могла идти речь для людей, оказавшихся посреди пусть даже спокойного, но огромного моря, кишевшего пиратами и акулами.
На все вопросы пассажиров о том, куда они направляются, капитан Дюрасье отвечал лишь одним словом:
– На запад.
На севере была захваченная турками Греция, на востоке – домашние владения султана, на юге – мусульманские страны Африки.
Беглецы могли надеяться только на божье избавление.
– Мессир! – неожиданно воскликнул офицер, стоявший на носу шлюпки.
Дюрасье поднялся.
– Что там?
– Паруса!
– Вы видите их очертания?
Офицер внимательнее присмотрелся к белому пятнышку, возникшему на горизонте.
– Это – не европейские паруса,– наконец, мрачно сказал он.
Теперь и сам капитан Дюрасье увидел несколько стремительно приближающихся белых треугольников.
– Это – бригантина! – воскликнул капитан. Фьора испуганно спросила:
– Что мы будем делать?
– Не знаю,– ответил капитан Дюрасье.– Попробуем сменить курс, насколько это возможно в нашем положении.
– Слева еще одна бригантина! – закричал другой офицер.
– Обычный маневр,– мрачно проговорил Дюрасье.– Они ставят нас между двух огней и хотят отрезать отступление.
На шлюпке поднялась паника. Маленький мальчик громко заплакал:
– Мама!.. Кто это?..
– Пираты, сынок...– дрожащим голосом проговорила его мать, прижимая к себе ребенка.
– Да, это – турецкие пираты,– сокрушенно покачав головой, промолвил Дюрасье.
Зловещие паруса заметно приближались. Вскоре уже можно было отличить очертания судов и такеллаж.
– Советую вам, господа, посвятить оставшееся до встречи с ними время последней молитве,– угрюмо проговорил Дюрасье.
Вскоре пассажиров шлюпки подняли на борт турецкой бригантины, которая взяла курс на Стамбул.
Несчастным беглецам было уготовано попасть на невольничий рынок... Никого из них Фьора больше никогда не увидит...
Широкий спокойный Дунай катил свои воды между невысокими холмами, покрытыми густым лесом. Эта река, начинавшая свой путь среди германских равнин, протекала через земли австрийских Габсбургов, пересекала Венгерское королевство и заканчивала свой путь в Черном море, берега которого были заняты турками.
Венгрия, в которой правил король Матиаш Корвин, была похожа на тихий заповедник среди бушующей Европы. Правление венгерской короны распространялось на Словакию и Трансильванию, Хорватию, Словению и Закарпатье.
После того, как турки потерпели поражение в битве с войсками Венгерского королевства, им пришлось на время оставить идею о том, чтобы овладеть этими землями. И хотя набеги турок на южные границы королевства все еще продолжались, граница Венгрии была на замке.
Пограничную службу несли секеи, жившие в южных областях страны. Но не все из них были воинами. Многие торговали, растили скот, сеяли пшеницу.
Одним из тех секеев, которые предпочитали не брать в руки меч, был Тамаш Запольяи. Для него было гораздо привычнее держать в руках штурвал маленькой речной баржи, чем рукоятку меча. Всю свою жизнь Тамаш Запольяи провел на Дунае.
Вначале у него было собственное судно, доставшееся ему по наследству от родителей, которые умерли несколько лет назад. Тамаш зарабатывал себе на жизнь тем, что возил мясо и пшеницу из нижних приграничных областей Венгрии в Сегед и Буду.
Кто знает, может быть, и плавал бы Тамаш Запольяи на собственной барже вверх и вниз по Дунаю до конца жизни, если бы однажды, после налета янычар, его судно не сгорело. Точнее, оно было сожжено.
Это случилось, когда Тамаш спустился по Дунаю ниже Белграда. Многие предостерегали его от такого неосторожного шага, но слишком уж выгодным было предложение одного сербского торговца, предложившего пшеницу по баснословно низкой цене. Только потом Тамаш понял, что предложение это было таким выгодным только из-за того, что никто не хотел плыть к самой турецкой границе.
К счастью, турки, напавшие на маленькую деревушку, в которой остановился на ночлег Тамаш, оказались больше похожи на обыкновенных конокрадов. Они забрали в деревне всех лошадей и, захватив с собой несколько женщин, подожгли все, что могло гореть.
Так Тамаш Запольяи остался без собственного судна. Поскольку он и его предки испокон веку были моряками, и ничего другого Тамаш делать не умел, то ему пришлось наняться капитаном на баржу богатого торговца и ростовщика из Сегеда Иштвана Жигмонда.
