Покачав головой, Роза зашла в комнату. Маленькое окно было занавешено яркой тряпкой, но и той толики света, что проникал сквозь эту импровизированную штору, хватало, чтобы осветить скудную обстановку: деревянную кровать и стеллаж, заменявший одёжный шкаф. На кровати, уткнувшись друг в друга коленками и локтями, с трудом умещались её дочери, двойняшки Мари и Кассандра. Одна из них продолжала сладко дремать, обняв свой уголок подушки, но другая уже открыла глаза и потягивалась. Роза пыталась убедить дочерей, что они уже слишком взрослые для узкой постели и будет лучше, если кто-то из них переберётся спать на веранду, но без толку. Мари и Касси не желали расставаться друг с другом даже на ночь.
Роза не успела повторить своё приглашение: в этот момент кто-то отчаянно забарабанил во входную дверь кулаками, и это подействовало на детей лучше любого будильника. Роза поспешила к крыльцу, а девочки вскочили с кровати и стали торопливо одеваться.
– Мама, кто там? – крикнула ей вслед Мари. – Надеюсь, у папы всё в порядке?
Отец девочек работал в Алилуте и месяцами не бывал дома. Роза нахмурилась при этой мысли, но быстро расслабилась, когда увидела за окном маленькую подружку дочерей, сестрёнку Стафиса.
– Мари! – рыдающая Лидия проскочила мимо Розы, стоило только приоткрыть дверь, и бросилась в их комнату. – Касси! Скорее, скорее!
Больше она ничего не могла сказать. Лидия задыхалась, всхлипывала и цеплялась за руки сестёр. Кассандра налила ей стакан воды и всмотрелась в раскрасневшееся лицо.
– Чем это ты перемазалась? – Она коснулась бордового пятна на щеке девочки и попыталась оттереть его, но без особого успеха.
Мари заверила мать, что они отведут Лидию в больницу к Стафису и тут же вернутся, и девочки ушли. Роза обеспокоенно смотрела им вслед, пока дети не скрылись из виду. На узкой улочке, припорошённой снегом, царили тишина и безмятежность. Соседи просыпались, ставили чайники, слушали радио; никто не заметил, как маленькая Лидия вихрем пронеслась через весь посёлок. И почему она просит помощи у её дочерей? Почему не у неё, взрослой женщины? Роза бросила взгляд на часы, захлопнула дверь и вернулась к плите. Нечего даже думать об этом – у неё и без детских истерик забот полон рот.
– Что ты натворила? – брата Лидии не пришлось долго ждать. – На тебе лица нет!
Кассандра фыркнула. Кто бы говорил! Они вызвали Стафиса с ночного дежурства: он и сам выглядел так себе. Кассандра и Мари не хотели его беспокоить, но из сбивчивого рассказа Лидии выходило, что женщине в поле срочно нужен врач.
– Ещё раз, где вы её нашли? – поморщился Стафис. – Ангел! Надеюсь, я ослышался.
– В секторе лиавер, – повторила Мари. Она умолчала о том, что Лидия ходила на поле одна. – Стафис, мы догадываемся, что это значит, но Лидия…
– Да, конечно, – кивнул он. – Ох уж эти… ливьеры. Погодите две минуты, я отправлю бригаду, и пойдём домой. Моя смена закончилась.
Уже совсем рассвело, когда они подошли к их дому. Стафис молча шёл рядом с сестрёнкой, сжимая её руку. Мари и Кассандра брели следом. Мари достала заколку и пыталась на ходу причесаться, а Кассандра рассеянно пинала камушки на дороге.
– Лиаверы… – начал Стафис, отпирая дверь в старый дом, который был даже меньше, чем у семьи Клингер. Просто невероятно, как всё семейство умещалось там, когда собиралось вместе. Наверное, поэтому отец и сестры Стафиса и Лидии предпочли искать работу за пределами посёлка. Или всё-таки дело было в безработице? – Лиаверы – очень красивые цветы, Лидия. Ты, конечно, видела их?
– Ну, пару раз, – сказала Лидия.
– Верно, пару раз. Садитесь, я заварю чай.
Он пропустил их вперёд. Сёстры устроились на двух единственных стульях, а Лидия забралась на колени к Мари. Пока Стафис наливал воду в чайник, Кассандра продолжила за него, не выдержав вопросительного взгляда девочки:
– Лиаверы – безумно дорогие цветы, Лидия. Но дело даже не в этом… Есть такие люди…
– Ходят слухи, – вмешалась Мари. – Об этих людях ходят слухи, Касси. Мы не знаем этого наверняка.
– Как это не знаем, если Лидия своими глазами сегодня… э-э… то есть мы вместе своими глазами…
– Да брось, Касси, я уже понял, что Лидия улизнула без вас, – вздохнул Стафис.
Кассандра невольно улыбнулась – не ругается, надо же! Но тут же одёрнула себя и строго посмотрела на девочку.
– Так вот, Лидия, – продолжила она, – лиаверы – это цветы пятого класса, поэтому в эти сектора запрещено ходить без допуска, там может быть опасно. Не то чтобы там часто случаются такие вещи, но всё может быть.
– Так кто же это?! – нетерпеливо воскликнула Лидия. – Что за женщина?
– Ливьера, – отозвался Стафис. Ожидая, пока заварится чай из дешёвых пакетиков, он плеснул на себя водой и несколько раз провёл ладонями по бритой голове и лицу, словно надеялся смыть круги под глазами.
– Лив… как цветок, что ли?
