Флот Людовика XV полностью

После неоднократных понуканий из гавани Ревеля 31 марта вышли «Принцесса Анна» и «Сескар». 17 апреля они были в Пиллау, где сгрузили войсковые запасы, а 2 мая вернулись назад. Проведенный затем осмотр «Принцессы Анны» показал, что корабль «не способен к ходу», поэтому он был переведен в брандвахту Ревельской эскадры. Галиот «Тонеин» оказался «в совершенно гнилом состоянии», было решено починить его и погрузить 2400 пудов пороха, после чего отправить к Пиллау с главными силами кронштадтской эскадры. Но — как обычно — мастеровых не прислали, к середине мая комиссары Ревельского порта оценивали состояние галиота как совершенно не годное для плавания, тем более — с грузом на борту. Это заключение не изменило намерения Адмиралтейств-коллегии отправить галиот к Пиллау.

Что же касается Кабинета Ея Императорского Величества — кабинет-министры упорно отказывались верить в возможность боевых действий на море. Было приказано не отменять в 1734 году регулярных рейсов русских пакетботов от Любека до Данцига. Ограничились лишь распоряжением поставить на пакетботах артиллерию и указанием командирам «содержать себя в твердой опасности». Все же в апреле стало очевидно, что осада затягивается, фельдмаршал Миних уже вовсю требовал помощи флота, поэтому подготовка Балтийской эскадры активизировалась.

Флот, высылаемый к Данцигу, возглавил адмирал Томас Гордон[42], родственник знаменитого сподвижника Петра I. Младшими флагманами были назначены вице-адмирал Наум Акимович Сенявин[43] и контр-адмирал Мартын Петрович Госслер[44]. В Кронштадте оставались контр-адмирал Василий Афанасьевич Дмитриев-Мамонтов и капитан-коммодор Франц Вильбоа. Корабли хотели вывести из Кронштадта до 12 мая, первым высылался отряд Сенявина. Во исполнение этих планов вышел высочайший указ — «офицеров морских ни для каких собственных нужд из Кронштадта в Петербург не отпускать». 28 апреля в трюмы кораблей были загружены осадные орудия для армии Миниха — две 10-пудовых и двенадцать 5-пудовых мортир, сорок 24-фунтовых и двадцать 18-фунтовых пушек. Вместе с артиллерией высылались и канониры, их расписали по разным кораблям сверх штата. Бомбардирские корабли провели пробные стрельбы, 13 мая в присутствии советника Лимана и цейхмейстера Брунца дали по три выстрела из мортир и один — из гаубицы.

8 мая Гордон получил высочайшие инструкции, где повелевалось идти к Пиллау, выгрузить артиллерию для армии, после чего оказывать помощь Миниху у Данцига. В случае прихода французской эскадры на Балтику необходимо было дать бой, поскольку ее «не инако, как неприятельскую, почитать можно».

4 мая вышел в море фрегат «Стор-Феникс», 9-го — линейные корабли «Петр I и Петр II», «Святой Александр», «Выборг», «Леферм», «Рига», «Слава России», «Перль», «Святая Наталия», «Нарва», «Шлиссельбург», фрегаты «Россия», «Эсперанс», «Митау» и «Арондель». 11 мая вышли на рейд корабль «Девоншир» и фрегат «Кискин», а также бомбардирский бот «Юпитер». 13-го числа пакетботы «Почт-Ваген», «Меркуриус» и галиот «Гогланд» отправились в Пиллау, а на рейд вышли «Новая Надежда», «Святой Андрей» и бомбардирский бот «Дондер».

На следующий день отряд Наума Сенявина (корабли «Леферм», «Слава России», «Девоншир», фрегаты «Россия» и «Митау») взял курс на Данциг. Вечером 15 мая в море вышли основные силы Балтийского флота. К ночи Гордон бросил якорь у Красной Горки. Шли медленно и тяжело, неся потери. «Дондер» в первый же день отстал, поскольку имел ветхий такелаж. На «Эсперансе», «Виктории», «Святой Наталии» и «Марльбурге» поломало рангоут, а ведь эскадра еще не дошла до Гогланда! Туманы часто заставляли ложиться в дрейф, командиры кораблей, правда, по указанию Гордона, использовали эти часы для «пушечных экзерциций». Лишь в ночь на 20 мая флот миновал Гогланд, 22-го встали на стоянку у Дагерорда. Три дня подходили отставшие корабли — потерявшийся флейт «Соммерс», несчастный «Дондер», получившая течь «Виктория», снесенный на восток «Юпитер».

25 мая Гордон встретил два голландских судна, от которых получили последние новости из Данцига. Оказывается, к городу подошел французский отряд в составе примерно 10 кораблей, который захватил два русских галиота. Флот поспешил к Пиллау. Гордон собрал военный совет, на котором решили отправить всю артиллерию на флейтах к армии Миниха, а самим «идти прямо к Данцигу поискати кораблей французских и оных атаковать».