Подождав у моря погоды, наш отряд двинул через Каркинитский залив домой. Почти у корня Тендры догнали шлюпки курсантов Севастопольского высшего военно-морского инженерного училища, они при обеспечении со стороны тральщика и пары других судов совершали переход в Болгарию. Нам было приятно встретить коллег, тем более, что один из нас был в первом наборе этого училища. После обмена любезностями, обозначив на их карте переменно существующую вблизи знака «Тендровский железный» промоину в Тендре, ушли домой в город на Буге.
Ректорат организовал торжественную встречу, ректор поздравил командира похода с присвоением очередного воинского звания. Студенты привели лодки в порядок, занесли в эллинг имущество и по домам.
Володе завтра улетать к родителям в Калининград, но у него одна загвоздка — он никогда ничего не пришивал, всё делала жена, а она в янтарном крае. Ехать надо в форме, так как дома папа — отставной капитан 1-го ранга. Содрав с Володи символическую плату — бутылку коньяка, идём к нему домой, закупив по дороге наплечно-нарукавную мишуру. Пока новоиспеченный капитан 2-го ранга оплачивал покупку «позументов», прошу продавщицу отдать мне флотские черные погоны старшего офицера, ему же в сверток положить парадные пехотные погоны с красными просветами и основанием.
Когда дома поздним вечером была очищена от старых регалий тужурка, Володя достал пакет. Красные погоны оказали на него эффект красной тряпки на быка. Нет, вначале был ступор. Ведь на дворе полночь, всё закрыто, в кармане билет на самолёт. В позе роденовского мыслителя он воссел посреди комнаты. Нисколько не сочувствуя, назидательно говорю ему: «Вот к чему приводит отказ обмыть новое звание до пришивки погон». Новоиспеченный костерит весь военторг и его продавцов в частности. Поиздевавшись, достаю флотские погоны и, напомнив, что друзья всегда выручат, вручаю их. Домашняя швабра едва справилась со слезами благодарности. Обмыв очередного воинского звания в узком кругу состоялся, рейс на Калининград — тоже.
Вывод — не нарушай флотских традиций, папа подождёт, он флотский, поймёт.
Отплавав много лет на подводных лодках на разных океанах и морях, совершив со студентами НКИ много шлюпочных походов, так и не удалось осуществить давнюю мечту — побывать на острове Змеином в Черном море — недалеко от гирла Дуная.
В октябре 2006 года, переключая каналы телевизора, наткнулся на репортаж об этом острове. Закончился репортаж, с грустью говорю жене, что не осуществилась моя мечта. Но не прошло и десяти минут, как раздался телефонный звонок. Звонят из Одесской ассоциации моряков-подводников, предлагая поехать на остров Змеиный в составе группы ветеранов разных городов Украины. Поездку обеспечивают одесситы под эгидой губернатора города Одессы.
Поехать на остров Левки (Белый), Ахилла, Федониси (Змеиный), Лепкарон (Блаженный), Филоксия, Илан-Ада (Змеиный) и, наконец, просто наш Змеиный. Вот удача!
Не сомневаясь ни минуты, даю «добро», даже не думая, как к этому отнесутся начальство в университете и жена. Университетская и домашняя «таможни» дали «добро». И через несколько часов наша николаевская группа уже в Одессе.
Здесь ещё раз повезло — мы познакомились с отличными людьми — членами штаба Одесской ассоциации моряков-подводников. В отличие от подавляющего большинства ветеранов, «забивающих козла», дегустирующих пиво и ему подобное, они заняты делом. Создали музей Александра Маринеско, выдвинули идею создания в Одессе памятника Джевецкому и открыли его, организовали один из всемирных конгрессов ветеранов-подводников, пишут книги по истории флота, подбирают материал для идентификации погибших в годы войны наших подводных лодок и многое, многое другое.
Особенно мы благодарны капитану 2-го ранга Владимиру Павловичу Римковичу и председателю ассоциации моряков-подводников имени А. Маринеско капитану 1-го ранга Лившицу Евгению Семеновичу. Они окружили нас заботой, подарили книги, показали на переходе кучу видеофильмов об обследовании погибших подводных лодок.
