Виктория Гончарова приезжает в дом своей подруги, чтобы отдохнуть от городской суеты и прошлого в тихом загородном поселке. Немного обжившись, она обнаруживает, что в доме она не одна. Полагая, что прошлое настигло ее, она пытается убедить полицию в своих подозрениях, но у следователя свои цели, которые связаны с недавними убийствами в этом элитном поселке.
Елена Тихонова
Фобия
Глава 1.
– Свежо сегодня, – сказал неожиданно водитель, чуть обернувшись к ней. Она не стала поднимать глаз, по голосу было и без того понятно, что на его лице играла улыбка из серии «не будем же мы всю дорогу молчать». – Обещают до конца месяца дожди с грозами.
Вика предпочла бы весь путь занять мыслями и вещами более прозаичными, чтобы отвлечься от мелькавшего за стеклом ночного пейзажа и ощущения пустоты, которое грозило поглотить такси вместе с ней и водителем. Вместо этого она разлепила пересохшие губы, чтобы ответить. Получилось не очень внятно, где-то в горле начинала клокотать паника. Водитель переспросил, повернувшись к ней едва ли не всем корпусом.
Мечтая вернуться к прежним размышлениям, таким как: закрыла ли она винт на газу и не забыла ли открытым кран в ванной перед выходом из дома, ей хотелось поскорее отделаться от водителя. Поэтому она повторила, при этом ее руки, сжимавшие переноску для животных, напряглись:
– Май месяц непредсказуем, – взгляд Вики уперся в бампер впереди идущей машины. Красные стоп-огни калейдоскопом отразились на мокром лобовом стекле такси, в котором она сидела. – Следите, пожалуйста, за дорогой.
– Я все вижу, – смеясь, ответил таксист, – со мной вы в безопасности.
Вика неуверенно кивнула. Ее поездки ночью обычно сопровождались зеванием водителя и его же угрюмым молчанием. Ночью всем хотелось спать, и никаким графиком или привычкой этого нельзя было изменить.
– Решили лето провести за городом?
– Да, природа, воздух, все такое, – быстро ответила она, чтобы не вдаваться в подробности.
Рассказывать незнакомому человеку, куда и зачем она едет, Вика считала неправильным с самого детства. Любые вопросы о том, как она провела лето, где была и чем занималась, которые необходимо было описывать первого сентября на уроке, вызывали у нее подозрение, что учитель, проведшая лето за составлением учебных планов, решает, кого в этом году она будет ненавидеть больше. Вика школу не любила, несмотря на хорошую успеваемость. Найти контакт с одноклассниками оказалось сложнее, чем с друзьями по дому, где она выросла. От того каждый год первого сентября ей все меньше хотелось идти в школу, несмотря на красивую форму, новые тетради с красивыми обложками, ручки, которыми хотелось поскорее сесть писать и пухлый дневник, пустой до конца первого урока. Тем удивительнее, что она после школы поступила в педагогический университет.
– Я тоже природу люблю. Заметил у вас фотоаппарат, наверняка вы фотограф. Или только увлечение?
Она поправила висевший на шее фотик, которому не нашлось места в чемоданах. Уже решив не брать его с собой, она в последний момент схватила его с тумбочки и повесила на шею, перекинув через руку, как сумку. Теперь он мешался, упираясь в ребра, и она пожалела о своем решении.
– Хобби, – коротко ответила она.
– Хорошее хобби, интересное, – в голосе водителя скользнуло раздражение. В свете фар проезжающей машины его профиль четко вырисовался, ей даже показалось, что она едет с ним не в первый раз. Быть может, он уже возил ее как-то вечером. И пусть Вика не запомнила его, водитель совершенно точно узнал ее, не зря же начал болтать с ней, как со старой знакомой. У таксистов память на лица лучше многих.
– А как зовут кошку? – решил воспользоваться последним вариантом водитель, видя, что на этот раз в качестве пассажирки ему досталась не самая разговорчивая девушка.
– Это кот.
Вика, в свою очередь, надеялась, что список вопросов водителя скоро иссякнет. Каким бы вежливым он ни казался, разговаривать ей хотелось меньше всего на свете. Едва выйдя на улицу, она испытала острую необходимость повернуть назад, открыть дверь квартиры и вновь спрятаться подальше от всего мира.
– Его зовут Скотч, – добавила она.
– А-а, как липкую ленту? – засмеялся мужичок. По его тону Вика почувствовала, что он немного расслабился, надеясь продолжить беседу, найдя в ее лице отклик на тему кошачьих. – У меня дворянской породы. Дворовой, то есть, серый с белым. Такой плут, даже имя ему придумал хулиганское – Васька. Шучу, просто назвал первым именем, которое пришло в голову.
– Скотч, как шотландский виски, – поправила Вика, убив окончательно желание у водителя разговаривать. Он явно приуныл, нервно включил в очередной раз дворники, которые чуть скрипнули, затем потянулся к тумблеру радио. В салоне заиграло что-то из шансона, водитель откинулся на спинку сиденья, выключил дворники и до конца пути молчал, как рыба.
