– Да не. Это он попросил, чтоб я его типа как на крепость проверял. Он вродь как в молодости крутой дядька был, как броненосец или танк, хрен сдвинешь. И просил иногда пихать его или еще что такое делать, а сам прислушивался – наскока устоять смог. По мне, так туфта это все. Сколько ни тужься, старость догонит. Бабка у нас одна была, так она…
– Про бабку не надо, – остановила я. – Спасибо. А мне насвистел, что циркачом был в молодости…
– Это он умеет, – подтвердил Дмитрий.
Ивлевская настояла на том, чтобы обменяться телефонами: ее рабочий телефон у меня уже был, теперь имелся и личный – и ее, и Дмитрия.
– Он только пусть дернется у себя в больничке, – заверила она, – я вам сразу и звякну.
Что ж, очень удобно, что именно Дмитрия с Ниной единственных пускали навещать Кочетова-Кочанова.
– Только сами ничего с ним не вытворяйте, понятно? – предупредила я напоследок. – Иначе я не смогу вас прикрыть.
Нина Антоновна и Дмитрий переглянулись.
– Что? – понимающе усмехнулась я. – Была такая мыслишка?
– Не. – Ивлевская наморщила лоб. – Я вот щас припомнила, у нас возле пансионата крутился один странный парень. Мне показалось, он все высматривал Валентина.
Она расстаралась, описывая наблюдателя, Дмитрий тоже подкинул деталей… я узнала Эдика, «человека-змея».
– Я не смогу привлечь его к ответственности только за то, что он, как вы говорите, крутился возле пансионата. Но хорошо, что сказали. Буду иметь в виду.
Вот теперь можно было и откланяться. Несмотря на некоторые сюрпризы, эта встреча прошла вполне удовлетворительно. Свое дело я сделала: предупредила. А дальше пускай сами. Тем более что за эту деятельность гонорара мне не видать. Чистое волонтерство. А, стало быть, и выше головы прыгать не надобно, ибо никто мне за это не доплачивает.
«Тарасовский чтец» располагался в большом круглом проходном дворе старинного дома. Один из двух высоких и длинных арочных проходов вел в маленький скверик. Второй, через который я и пришла, выводил на улицу, к пешеходным дорожкам и проезжей части. К нему я и направилась.
Но едва я вступила под арку, меня охватило чувство опасности. Нахлынуло, будто в прорубь окунулась. Все тело изготовилось к активным действиям.
А затем, не отдавая себе отчета, я резко отпрыгнула назад, во двор, к «Чтецу».
Прямо передо мной откуда-то сверху приземлился совсем недавно упомянутый «человек-змей».
Я увернулась от струи из перцового баллончика и выбила баллончик из руки Эдика.
Прямо напротив входа под арку, со стороны улицы, затормозила машина.
– В машину ее тащи! – проорала файерщица Рита.
Фраза относилась к выскочившему из машины рыжему Михаилу.
Эдик сначала попытался поднять перцовый баллончик (не удалось), потом атаковать. Довольно неплохой удар с левой ноги, но я была быстрее. И не церемонилась: врезала ему в солнечное сплетение так, что Эдика отбросило к стене. Вложилась от души, понимая, с кем имею дело.
А затем к стене отбросило меня – смачным хуком справа, от Михаила. Хрустнули зубы, во рту стало солоно от крови. Я увернулась от второго хука, поднырнула под руку Михаила и оказалась у него за спиной. Но не успела увеличить дистанцию – времени едва хватило, чтобы вновь уйти в сторону. Оттого ручища Михаила задела меня по плечу не так сильно, как могла бы.
Я отступила дальше во двор: больше места, дальше от машины и потенциальные свидетели – в магазине.
Эдик еще валялся на тротуаре, Рита застыла, наполовину высунувшись из машины.
Я сосредоточилась на Михаиле. Пропустила скользящий удар по уху, чтобы подпустить его поближе, и изо всех сил врезала ногой в пах.
А затем еще раз, потому что с первого раза рыжий гимнаст еще попытался достать меня, задев кулаком нос и подбородок.
После второго удара Михаил согнулся, но остался стоять на ногах. Пришлось добавить ему по затылку, и вот это наконец отправило его в нокаут.
Картина маслом: Эдик хрипел, словно креветка, скрючившись на асфальте, Михаил пребывал в отрубе. Файерщицы Риты и след простыл. К ее же пользе, а то я была на таком адреналине, что хотелось продолжить драку.
Постепенно адреналин схлынул. Я подобрала свою сумочку, кое-как собрала высыпавшиеся из отброшенной папки ксерокопии. И отпрыгнула в сторону метра на два, когда Нина Антоновна протянула мне пропущенную ксерокопию.
Выглядела Ивлевская очень испуганной, руки ее подрагивали. Она оглядела поле боя.
– Дима вызвал полицию, – пролепетала она.
Ага, молодец. Герой – спасу нет, и где только раньше был?
Я сглотнула накопившуюся во рту кровь и поморщилась: несколько задних зубов в нижнем ряду слева и, по крайней мере, один в левом верхнем угрожающе сильно шатались. Пломбе точно конец, а ведь поставила всего месяц назад.
– Тащите веревку. Пусть Дима поможет связать.
Дмитрий не замедлил явиться и нападавших скрутил как следует. Я проследила, чтобы Эдика он связал особенно заковыристо: вдруг этот «густоперченый мальчик» вывернется.
Я, наблюдая, ожидала: вот бы дернулись. Был бы повод добавить: драка отпускала меня медленно.
