– Ты пойми, – тараторила девушка, когда я вышла из примерочной в длинном темно-зеленом платье, лиф которого украшали стразы. – Никита Федорович у нас мужчина видный. Знаешь, сколько желающих оказаться на твоем месте? Не успеешь глазом моргнуть, как стая голодных ворон налетит, даже пискнуть не успеешь.
– И что же мне делать? – я крутилась, пока Юля рассматривала мой наряд со всех сторон.
– Для начала, больше уверенности в себе, – моя наставница скривилась, наблюдая, как я тереблю пальцами кусок ткани. – Раз он выбрал тебя, значит, – она сделала паузу, – в тебе что-то есть такое, чего нет у других.
– Логично, – я кивнула, поражаясь чужой проницательности.
– И уверенность в нашем случае не помешает. Особенно сегодня, когда куча голодных баб будут рассматривать тебя под микроскопом, желая оказаться на твоем месте. А ты, – она подняла указательный палец вверх, – должна быть королевой сегодняшнего вечера. Голову выше, плечи расправили, походка, как нас учила Ахеджакова, от бедра, и плевать на всех завистниц, – девушка снова скривилась. – Отстой!
– Кто? – мои глаза округлились. – Я?
– Да причем здесь ты! – она махнула рукой. – Платье – полный отстой. В таком только на второсортные вечеринки ходить, и то засмеют. Девушка, – подозвала она продавца. – Давайте нам что-то покороче. Вон то, черненькое платье, – тыкнула в сторону манекена.
– Юля, я не смогу.
Мои глаза округлились еще больше, когда я увидела длину наряда. Сто лет не носила короткие платья и юбки. И сейчас…
У меня точно ничего не получится!
– Тьфу ты, черт, – девушка закатила глаза. – Я ей тут пять минут лекцию читаю, жизни учу, а она, – Юлька снова махнула рукой. – Шагом марш в примерочную!
Пришлось тяжело вздохнуть, взять платье и отправиться за ширму…
И вот теперь я вспомнила все нравоучения своей наставницы и поняла, что Юля была права. Во всем. Надо становиться увереннее, особенно, когда рядом такой шикарный мужчина.
Никита подвел меня к небольшому столу, за которым девушка выдавала фишки. Кивнул ей, после чего та отсчитала ровно двадцать штук.
– Это что? – я с удивлением посмотрела на улыбающегося мужчину, когда мне вручили эти самые фишки.
– Это, – Никита сделал паузу и улыбнулся. – Фишки, моя дорогая. С их помощью делают ставки.
– Не надо мне объяснять, как маленькому ребенку, – съязвила я в ответ. – Я знаю, что такое фишки, и зачем их покупают. Вопрос в другом, сколько это стоит?
– Ну-у, – мужчина продолжал улыбаться. – Сто баксов каждая, – дотронулся пальцем до кончика моего носа. – Раз ты такая любопытная.
– Сколько? – как-то уж слишком громко вырвалось у меня, а в голове молниеносно умножилось сто на двадцать. – Ты сдурел? – почти шепотом спросила, наклонившись к своему спутнику.
– Надо же на чем-то учиться, – он самостоятельно вложил мою руку к себе в локоть и повел меня к игровому столу.
Рулетка – это единственное, что я знала. Красное или черное, различные цифры и шарик, крутящийся по кругу – вот и все мои познания об играх в казино. Слава Богу, хоть не карты, а уж с рулеткой я как-нибудь разберусь.
За столом восседало пятеро женщин. При нашем приближении все повернули головы в нашу сторону, рассматривая моего спутника с ног до головы, и, как я понимала, пуская слюнки. Я расправила спину, нацепила улыбку на лицо и, не торопясь, прошествовала к столу. Уселась на высокий стул и закинула ногу на ногу. Никита пристроился сзади, опираясь руками на спинку и прижимаясь своим телом к моей спине.
С такой опорой и поддержкой я готова играть хоть до утра!
Подошел официант с подносом, откуда я взяла очередной бокал шампанского. Голова немного кружилась, но, скорее, от переизбытка эмоций, чем от спиртного. Сделала глоток и отставила бокал с искрящейся жидкостью в сторону.
– Ваши ставки, дамы! – обратился к присутствующим крупье.
Женщины начали кидать разноцветные фишки на стол, произнося цифры и цвет. Я сидела и наблюдала за происходящим, думая, что же мне делать дальше. Вся моя смелость куда-то улетучилась. А вдруг я сейчас проиграю все деньги?
Нет, я на такое пойти не могу.
– Шестнадцать, черное, – прошептал мне Никита на ушко, когда я, уже было, хотела слезать со стула, чтобы сбежать. – Ставь две фишки.
Я на пару секунд зажмурилась, временно отложив свой побег на неопределенный срок, взяла со стола два черно-белых кружочка, как сказал мужчина, кинула на стол, как это делали сидящие рядом барышни, и громко произнесла:
– Шестнадцать, черное!
Мысленно попросила Боженьку мне помочь, хотя даже не подумала – какая может быть помощь от Бога в азартных играх. Но все равно сжала руки в кулачки, пока крутился шарик, и выдохнула только тогда, когда крупье громко произнес:
– Шестнадцать, черное! – и пододвинул мне вместо двух, восемь фишек. – Поздравляем!
Женщины одарили меня злобным взглядом, а я заулыбалась, как ребенок. Как там Сонька называет Никиту? Точно, самый настоящий Фокусник!
– Спасибо, – негромко произнесла, повернув голову в сторону, чтобы оказаться с Никитой лицом к лицу.
– Будешь должна, – он подмигнул мне в ответ.
– Ваши ставки, дамы! – снова произнес крупье.
