Мне пододвинули стул, и с коленей Быстрова, где было так хорошо и уютно, пришлось слезть. Не то чтобы я хотела продолжать тискаться на глазах у друзей, так что за этот жест была скорее благодарна. Наконец, все расселись, мы с Ромкой сцепились ладонями, Володя расположился за столом.
– Предлагаю поговорить неофициально. Официально еще наобщаемся на годы вперед, можете верить мне на слово, бумажек оформлять придется тучу, – произнес он, мы согласно закивали.
– Да уж, ребята, попортили вы мне нервов своей деятельностью. Одни вы чего только стоите, – кивнул Володя в нашу с Ромкой сторону, и я скромно потупилась.
А еще поняла, что ничего не понимаю. Причем тут наш сисадмин? И, видимо, очень уж говорящим сделался мой взгляд, потому как Володя пояснил:
– Я несколько лет работал под прикрытием на Селезнева, собирая доказательства его вины, а закрутилось все только с твоим приходом.
Оказалось, Володя, его и правда так звали, работал в полиции и разрабатывал Игоря Дмитриевича давно. Устроился сисадмином в нашу компанию, вошел в доверие к боссу и потихоньку собирал доказательства незаконных деяний последнего. Как мы и предполагали, Селезнев, помимо официального подбора кадров, занимался еще тем, что продавал людей в рабство – трудовое и, что еще страшнее, сексуальное. Людей подбирали из тех, кого точно не будут искать: одиноких, приезжих на заработки из дальних провинций или ближнего зарубежья, определенного психотипа, в основном неграмотных в плане законодательства и боящихся того, кто сильнее. Как правило, несчастных увозили далеко, так, чтобы без денег вернуться обратно было практически невозможно, отбирали документы и заставляли работать, грубо говоря, за тарелку еды. Некоторые «рабовладельцы» имели друзей или даже родственников в правоохранительных органах и даже это использовали при запугивании. Бежать людям было некуда и не на что, так они и жили, ничего не предпринимая и не рассчитывая на лучший исход. Тех, кто все-таки решался на побег, отлавливали, возвращали и жестоко избивали в назидание остальным. Иногда, если был большой заказ на рабочую силу, людей забирали целыми семьями или заставляли уже имеющихся рабочих писать друзьям приглашения и расписывать замечательные условия труда.
Всем этим занимался филиал, основной офис работал легально, поэтому Володе и потребовалось столько времени, чтобы все раскопать. Был один момент, когда какая-то женщина, догадавшаяся, чем промышляет благонадежное на первый взгляд кадровое агентство, пыталась искать справедливости и подожгла Селезневу машину. Володя тогда подсуетился и помог решить проблему с агрессивно настроенной потерпевшей, пока ее не убрали, как ненужного свидетеля.
Ну, а наши истории переплелись, когда я устроилась к ним в штат. Селезнев, учитывая, чем он занимался, был предельно осторожен, и на каждого соискателя собирал досье. В этом ему помогал Володя, имея обширные возможности и, конечно же, собственный интерес. Когда он нарыл информацию о моем отце, с радостью понес ее шефу, немного подтасовав факты и представив папу бывшим авторитетом. Володя рассказал Селезневу ту версию, в которой в машине взорвался брат Виктор, а Николай занял его место, тем самым начав новую, незапятнанную грязью бандитских разборок жизнь. Оперативник рассчитывал, что это может подтолкнуть Игоря Дмитриевича к более активным действиям, и в каком-то смысле оказался прав.
Я благополучно трудилась, ни о чем не подозревая, пока шеф водил меня по ресторанам и всячески выказывал симпатию. Делал все это он с одной единственной целью: выяснить, нет ли у Мельника на его счет каких-нибудь планов, а если нет, самому предложить взаимовыгодное сотрудничество. И все бы шло как по маслу, не вмешайся не вовремя Быстров по просьбе своего друга.
Хакер Виталик, хотя в детстве отцовской любви и не познал, действительно ждал родителя, который должен был вот-вот освободиться из тюрьмы. Он так стремился наверстать упущенное, так сильно хотел помочь отцу освоиться на гражданке и больше никогда не сесть в тюрьму, что немедленно принялся искать работу бывшему заключенному. С последним возникли проблемы: пускай теоретически освобожденный был чист как младенец, никто брать такого человека на работу не спешил, очень уж внушительным был послужной список у Стряпко-старшего. И вот оно, казалось бы, везение! Виталик наткнулся на филиал нашей фирмы, где железно и в кратчайшие сроки обещали подыскать место для его отца. Работу обязались найти в нашем городе, где расположен головной офис и даже переправить соискателя за работодательский счет. Виталик небывалому везению обрадовался и на все согласился. Хакерские навыки не помогли молодому мужчине распознать обман и опасность, в таком деле нужно обладать другим – житейским жизненным опытом, которого он, взрослея в детском доме, получить попросту никак не мог. Не рассказывают там о мошенниках и опасностях, подстерегающих доверчивых ребят.
