— Я боюсь, что вы сочтете меня навязчивой, — сказала она, — но Нетта сообщила мне, что вы здесь, а потом, неожиданно узнав от горничной, что вы поместились рядом со мной, я не смогла удержаться, чтобы не забежать мимоходом и не сказать, как я рада вас видеть!
Гертруда и Эмилия в свою очередь выразили удовольствие по этому поводу, поблагодарили Эллен за то, что она отбросила всякие церемонии, и пригласили ее зайти и посидеть с ними, пока гонг не позовет к чаю. Она вошла, уселась на ближайшем чемодане и стала расспрашивать об их путешествии и о здоровье Эмилии со времени их разлуки в Вест-Пойнте.
Между прочим Гертруда рассказала о встрече с мистером Филипсом.
— Правда? — воскликнула мисс Грейсворт. — Да он, кажется, вездесущий! Дня два тому назад он был в Саратоге и сидел напротив меня за обедом, но с тех пор я его не видела. А вы с ним познакомились, мисс Грэм?
— Нет, и очень сожалею об этом, — ответила Эмилия. — Как Герти ни старалась, ей это не удалось.
— Значит, он вам понравился! — сказала Эллен Гертруде. — Я была в этом уверена!
Девушки стали вспоминать мистера Филипса, его ум и начитанность, его печальное выражение лица. Не забыли и о его вспыльчивости. Эллен рассказала, как однажды, кажется, в Нью-Йорке, она видела его таким сердитым, что сама испугалась. Он разозлился на лакея за пренебрежительное отношение к двум простым женщинам, похоже, крестьянкам, которые чувствовали себя очень неловко, а главное, забыли заранее дать лакею на чай, и поэтому им ничего не подали, пока все остальные не кончили обедать.
— Я не удивляюсь, что это могло вывести из себя мистера Филипса, — сказала Гертруда. — Впрочем, такое может случиться и с Эмилией, и со мной. Доктор, кстати, тоже того мнения, что платить заранее — значит развращать прислугу, и он никогда не дает на чай до обеда.
— И бабушка тоже, но нам никогда не приходилось жаловаться. Лакеи ведь сразу видят, с кем имеют дело, — поддержала ее мисс Грейсворт.
Снова раздался стук в дверь; на этот раз пришла Нетта Грейсворт со словами:
— Я услышала голос Эллен и решила, что мне можно зайти. Я пришла в отчаяние, — прибавила она, поздоровавшись с Эмилией и Гертрудой, — когда узнала, что пока я уже целых полчаса караулю у дверей гостиной, чтобы первой вас увидеть, она преспокойно сидит здесь и рассказывает вам местные новости.
— Я не все рассказала, — перебила ее Эллен, — осталось и на твою долю.
— Она рассказывала о Фоксах и Коксах?
— Ни слова! — ответила Гертруда.
— А о том, как мы испугались на пароходе?
— Нет.
— А о том, что мистер Филипс в Саратоге?
— Об этом она сказала.
— Правда? А говорила ли она, что он занимал эту комнату, а так как перегородка тут тонкая и у нас все слышно, а он всю ночь ходил, то я не могла заснуть и на другой день лежала с мигренью?
— Этого она не рассказывала.
Раздались удары гонга, и все отправились в столовую.
Саратога — оригинальный курорт. В разгар сезона здесь царит невообразимая смесь народностей, лиц, одежд, профессий, званий и состояний. Самые роскошные модные костюмы соседствуют с более чем скромной одеждой. Знаменитые ученые, артисты, поэты, аристократы, богачи, красавицы смешиваются в пеструю толпу. Цель у всех одна — отдохнуть и развлечься. Все радостны, все довольны, и веселая толпа движется по улицам во всех направлениях — пешком, верхом и в экипажах.
Для Гертруды все это ново и необычно. И хотя в отеле «Конгресс» было сравнительно тихо, там все же можно было получить представление об обществе, которое съезжалось в Саратогу.
Миссис Грейсворт была из старинного дворянского рода. Аристократка до мозга костей, она и теперь еще собирала вокруг себя светских людей, многие из которых уже составили себе имя.
Она, впрочем, умела быть и приветливой, хотя с первого взгляда казалась гордой и неприступной. Бедная миссис Джереми вначале просто боялась этой важной дамы. Но миссис Грейсворт сумела сгладить эту неловкость и скоро сделалась ее постоянной собеседницей.
Однажды, когда Джереми уже неделю жили в Саратоге, Эмилия и Гертруда выходили из столовой. Вдруг их нагнала Нетта Грейсворт и, взяв Гертруду под руку, со своей обычной веселостью воскликнула:
— Мисс Флинт, я скоро с вами поссорюсь!
— Правда? — удивилась Гертруда. — По какой же причине?
— Из ревности!
— Я надеюсь, — улыбаясь, сказала Эмилия, — что Гертруда никоим образом не воспрепятствует вашему счастью.
— Нет, она препятствует! — ответила Нетта. — Она разрушила все — мою гордость, мое счастье, мое утешение!
— Расскажите мне, — предложила Эмилия, — и я обещаю принять вашу сторону.
